Ритм войны. Том 2

Таково было единственное преимущество, которым бывшая королева обладала, в отличие от своих ученых: может, она и не заслуживала места в их рядах, но ей чаще приходилось сталкиваться с реальной политикой.

Рабониэль и Навани вошли во вторую из двух комнат библиотеки – ту, где было больше столов и стульев. Лучшие люди Навани – как ревнители, так и ученые – сидели на полу, склонив головы. Судя по расстеленным одеялам, здесь им и пришлось провести ночь.

Несколько человек подняли головы, чтобы посмотреть на нее, и она с облегчением отметила, что Рушу и Фалилар не пострадали.

Она быстро произвела подсчет и сразу определила, кого не хватает. Она подошла к Фалилару, присела на корточки:

– Нешан? Инабар?

– Убиты, светлость, – тихо ответил он. – Они были в комнате с самосветной колонной вместе с обоими подопечными Нешана, ревнительницей Веванарой и горсткой несчастных солдат.

Навани поморщилась.

– Передай остальным, – прошептала она. – Пока что мы будем делать вид, что сотрудничаем с оккупантами.

Затем она подошла к Рушу:

– Я рада, что ты в порядке.

Ревнительница с заплаканным лицом кивнула:

– Я как раз спускалась сюда, чтобы собрать письмоводительниц и составить перечень разрушений в той лаборатории, когда… это случилось. Светлость, по-вашему, эти события как-то связаны?

Посреди хаоса Навани почти забыла про странный взрыв.

– Ты, случайно, не нашла среди обломков заряженные сферы?

«Точнее, странную сферу, заряженную пустосветом?»

– Нет, светлость. Вы же видели – там не осталось ничего целого.

Но я успела затемнить помещение и проверить, не светится ли что-нибудь. Ничего не увидела – ни буревого, ни пустотного света.

Как и опасалась Навани, взрыв наверняка был связан со странной сферой – которую, по-видимому, они утратили.

Бывшая королева встала и подошла к Рабониэли.

– Не нужно было убивать моих ученых во время штурма. Они не представляли никакой угрозы.

Рабониэль запела в быстром ритме:

– Больше никаких предупреждений, Навани. Используй мой титул, обращаясь ко мне.

Я не хочу, чтобы тебе навредили, но есть тысячелетние правила приличия, которым ты обязана следовать.

– Я… понимаю, Повелительница желаний. Думаю, если немедленно привлечь моих оставшихся людей к работе, это пойдет на пользу моральному духу. Чем прикажете заняться?

– Чтобы облегчить переход, – сказала Рабониэль, – пусть продолжат то, что делали до моего прибытия.

– Многие трудились над фабриалями, которые больше не действуют.