Путь королей

Таков был общепринятый способ правления. И Далинар все больше и больше считал его неверным.

«Объедини их…»

– Думаю, на этом можно остановиться, – закончил Элокар.

Стоявший чуть в стороне Адолин выглядел недовольным, как будто в самом деле надеялся, что отец призовет свой клинок и вступит в бой с Садеасом. Далинар и сам чувствовал, как бежит по жилам разгоряченная кровь, как искушает его Азарт, но сумел все это подавить. Нет. Не здесь. Не сейчас. Пока они нужны Элокару – нельзя.

– Ваше величество, можно и остановиться, – сказал Садеас.

– Садеас, ни слова больше, – предупредил Элокар.

– Ни слова больше? – уточнил новый голос. – Сдается мне, все бы порадовались, не скажи Садеас больше ни слова.

Шут протолкался через толпу придворных, держа в руках чашу с вином; на поясе у него болтался серебряный меч.

– Шут! – воскликнул Элокар. – Как ты здесь оказался?

– Ваше величество, я догнал отряд непосредственно перед битвой. – Шут поклонился. – Хотел с вами поговорить, но ущельный демон успел первым. Я так понял, ваша с ним беседа получилась весьма бурной.

– Но тогда получается, что ты прибыл много часов назад! Что ты делал до сих пор? Как я мог тебя раньше не заметить?

– У меня были… дела. Но я бы не пропустил охоту – не мог лишить вас себя.

– Я пока что неплохо справляюсь.

– Да, но все же вам не хватает остроты, – заметил Шут.

Далинар присмотрелся к человеку в черном. Что же творилось в голове у Шута? Он, безусловно, был умен. Но все-таки позволял себе слишком вольные речи, как уже продемонстрировал в случае с Ренарином. Что-то странное было в его поведении, и Далинар никак не мог понять, что именно.

– Светлорд Садеас, – проговорил Шут, глотнув вина, – мне ужасно жаль тебя здесь видеть.

– А я-то думал, – сухо ответил князь, – что ты обрадуешься.

– Это, к несчастью, правда.

– К несчастью?

– Да. Понимаешь, Садеас, с тобой все слишком просто. Необразованный полоумный мальчик-слуга с похмелья и тот сможет насмехаться над таким, как ты. Мне же и напрягаться не надо, и потому сама твоя природа есть насмешка над моими насмешками. Вот так и получается, что из-за твоей безупречной глупости я выгляжу неумехой.