Источник Вознесения

Теперь, если мы можем перейти к другим вопросам, я бы хотел…

Договорить он не успел, потому что в дверь постучали.

Появившийся на пороге капитан Дему выглядел немного растерянным.

– Ваше величество, я прошу прощения, но… мы поймали кое-кого за подслушиванием вашего собрания.

– Что? – нахмурился Эленд. – Кого?

По знаку Дему стражники ввели женщину, которая показалась Эленду смутно знакомой. Высокая, как большинство террисийцев, одетая в яркое, но практичное платье. В длинных мочках ушей болтались многочисленные серьги.

– Я узнал тебя: ты следила за мной во время последнего заседания Ассамблеи…

Женщина не ответила. Высокомерно, несмотря на связанные руки, оглядела других обитателей комнаты. Террисийских женщин Эленд видел впервые – раньше встречал лишь слуг-евнухов, которых с рождения учили служению. Видимо, поэтому король ожидал, что и террисийка будет стараться ему во всем угодить.

– Она пряталась в соседней комнате, – не без некоторой растерянности докладывал Дему. – Прошу прощения, ваше величество, но я не представляю, как ей удалось пройти мимо нас.

Эленд встретился взглядом с женщиной. Немолодая, лет пятидесяти, она не была красавицей, но и невзрачной не выглядела. Крепкая, с открытым лицом и грубоватыми чертами, со спокойным и уверенным взглядом. Эленд понял, что не сможет выдерживать долго этот взгляд.

– Что же ты хотела услышать, женщина?

Террисийка не обратила на вопрос короля никакого внимания.

– Я буду говорить с королем наедине. Вы можете идти.

– А она не лыком шита, – улыбнулся Хэм.

– С чего ты взяла, что мы оставим короля наедине с тобой? – поинтересовался Доксон.

– Его величеству и мне есть о чем поговорить, – словно забыв о своем положении пленницы, деловым тоном ответила женщина. – Не стоит беспокоиться о его безопасности: будьте уверены, юная рожденная туманом, что прячется за окном, справится со мной без труда.

Эленд посмотрел в сторону маленького вентиляционного окна за большим витражом. Откуда террисийка знала, что Вин наблюдает за ними? Должно быть, слух у нее необыкновенно острый. Возможно, даже достаточно острый, чтобы подслушивать совещание через каменную стену.

– Ты хранительница, – снова повернувшись к незнакомке, констатировал Эленд.

Та кивнула.

– И тебя послал Сэйзед.