Грядущая буря

Половина запасов все равно испорчена. В этих поисках я им помочь не могу, потому что должен быть там, где меня могут найти люди.

Как это ни злило его, Перрин вынужден был так поступить.

– Конечно, милорд, вы должны быть там, где вас можно найти, – произнес Балвер. – Но разумеется, вам при этом вовсе незачем ползать под фургонами.

– Я могу чем-то заниматься и в то же время с людьми разговаривать, – сказал Перрин. – Мои руки вам не нужны, нужна только моя голова. И эта голова велит тебе забыть об айильцах.

– Но…

– Больше я ничего не могу сделать, Балвер, – твердо сказал Перрин, глядя на секретаря снизу вверх сквозь спицы колеса. – Мы отправляемся на север. Хватит с меня Шайдо. Чтоб им всем сгореть, но мне нет до них дела.

Балвер снова поджал губы, и от него чуть пахнуло досадой.

– Разумеется, милорд, – сказал он, быстро поклонившись. И затем секретарь удалился.

Перрин, извиваясь, как змея, выполз из-под повозки и встал, кивком подзывая к себе молодую женщину в грязном платье и стоптанных туфлях, которая стояла сбоку от вереницы фургонов.

– Сбегай за Линконом, – велел ей Перрин. – Скажи ему, чтоб взглянул на эту втулку. Думаю, крепление разболталось и проклятая штуковина вот-вот отвалится.

Молодая женщина кивнула и убежала. Линкон был мастером-плотником и, на свою беду, отправился навещать родственников в Кайриэне, когда напали Шайдо. Воля его была практически сломлена. Возможно, именно ему стоило заниматься повозками, но, видя его затравленный взгляд, Перрин сомневался, что тот способен как следует все проверить.

Хотя, если показать ему пальцем на то, что требовало починки, Линкон неплохо справлялся с порученным делом.

Да и по правде говоря, пока Перрин сам работал, он чувствовал, что делает нечто полезное, что-то нужное. Не думая о других проблемах. Фургоны починить легко. Фургоны – это ведь не то что люди. Совсем не то.

Перрин повернулся, оглядывая пустой лагерь – черные пятна кострищ и разбросанное тряпье. В город возвращалась Фэйли: она отправляла на разведку местности небольшую группу своих последователей.

Она была поразительна. Прекрасна. Эта красота была не только во внешности или в гибкой фигуре, но и в том, с какой легкостью она командовала людьми, с какой быстротой понимала, что надо делать. Фэйли обладала тем даром, какого никогда не имел Перрин.

Он не был глуп – просто он любил все обдумывать, а вот с людьми, в отличие от Мэта или Ранда, никогда общаться особо не умел.