Элантрис

Потом немного повисел рядом, развернулся и полетел в другом направлении. В движениях Йена не наблюдалось прежней грации, казалось, он с трудом удерживается на лету. Его порой встряхивало, а от постоянного неторопливого вращения у принца закружилась голова.

От взгляда на старого друга у Раодена защемило в груди. До сих пор он избегал мыслей о Йене; он и раньше знал, что происходит с сеонами после шаода. Принц предполагал (а порой даже надеялся), что Йен не пережил превращения, – по слухам, такое иногда случалось.

Раоден покачал головой:

– Йен всегда был мудрецом. Я никогда не встречал ни человека, ни сеона разумнее его.

– Мне очень жаль, сюл.

Принц снова поднял руку, и сеон приблизился к хозяину, как когда-то впервые подлетел к мальчишке Раодену; тот тогда еще не знал, что сеоны больше ценились как друзья, а не слуги.

«Интересно, он узнал меня? – Раоден наблюдал, как Йена занесло по пути. – Или он помнит только жест?»

Проверить ему так и не довелось. Повисев над ладонью, сеон потерял интерес и отлетел в сторону.

– Ох, дружище, – прошептал принц. – А я думал, что шаод жестоко обошелся только со мной.

Глава 11

На приглашение Киина откликнулись всего пятеро. Люкел нахмурился, увидев, как мало собралось дворян:

– На собрания Раодена приходило не менее тридцати. Я не надеялся, что придут все, но пятеро? Мы потратим время впустую.

– Пятерых достаточно, сын, – задумчиво отозвался Киин, выглядывая из кухонной двери. – Их мало, но пришли лучшие из нашего круга – самые могущественные и мудрые мужи Арелона.

– Киин, старый медведь! – позвал из столовой один из пришедших, статный мужчина с сединой в волосах, одетый в строгую военную форму. – Ты собираешься нас кормить? Доми свидетель, я явился только ради твоего жареного поросенка.

– Поросенок уже на вертеле, Иондел, – откликнулся теоданец. – И я готовлю для тебя двойную порцию. Уговори свой желудок потерпеть еще чуток.

Военный расхохотался и похлопал себя по животу, который оставался плоским и подтянутым, как у юноши.

– Кто это? – спросила Сарин.

– Граф Ионской плантации. Люкел, сходи проверь мясо, пока мы с твоей кузиной посплетничаем о гостях.

– Конечно. – Люкел взял у отца кочергу и удалился в глубину залитой светом очага кухни.

– Иондел – единственный после принца, кто открыто противостоит королю и не боится наказания, – продолжал Киин.