Давший клятву. Том 2

 – Кто-нибудь оттуда связывается с родней или кем-то еще?

Борода покачал головой:

– Я недавно подобрался поближе и услышал голоса. Они шептали, чтобы я к ним присоединился. Великий маршал говорит, не надо их слушать. Голоса не причинят вреда, если мы не будем прислушиваться. – Он положил руку Каладину на плечо. – Кэл, ты задаешь искренние вопросы. Но не надо так переживать. Мы должны сосредоточиться на стене. Лучше не говорить слишком много о королеве или дворце.

– Как мы не говорим о том, что Азур – женщина.

– Ее секрет… – Борода поморщился. – Я имею в виду секрет великого маршала был доверен нам, чтобы мы его хранили и защищали.

– Значит, буря свидетельница, у нас это получается плохо. Надеюсь, с защитой стены дела обстоят лучше.

Борода пожал плечами. Каладин впервые кое-что заметил:

– Ты не носишь охранные глифы.

Борода покосился на свою руку, где была традиционная белая повязка, к которой прикрепляли охранный глиф. Его была пустой.

– Ага, – подтвердил он и сунул руку в карман куртки.

– Почему?

Борода пожал плечами:

– Скажем так, я хорошо разбираюсь в выдуманных историях. Никто не глядит на нас с небес.

И он направился к их пункту сбора: к одной из башенок, которые венчали стену. Сил встала на плече Каладина, а потом поднялась по невидимым ступенькам и остановилась в воздухе на одном уровне с его глазами. Она посмотрела вслед Бороде, и ее платье трепетало на ветру, которого Каладин не ощущал.

– Далинар считает, что бог не мертв, – сказала она. – Он просто полагает, что Всемогущий – Честь – на самом деле никогда не был богом.

– Ты часть Чести. Тебя это не оскорбляет?

– Каждый ребенок в конце концов понимает, что его отец – не бог. – Она посмотрела на Каладина. – А ты как думаешь, кто-то смотрит на нас? Ты правда веришь, что там никого нет?

«Странно отвечать на такой вопрос, когда его задает частица божественного».

Каладин задержался в дверном проеме сторожевой башенки. Внутри солдаты из его отряда – «седьмой взвод, второй отряд» звучало совсем не так громко, как Четвертый мост, – смеялись и шумели, собирая снаряжение.

– Раньше я считал ужасы, которые со мной происходили, – проговорил он, – свидетельством того, что бога не существует. Потом в один из самых темных моментов решил, что моя жизнь – доказательство обратного, поскольку все случившееся можно объяснить лишь преднамеренной жестокостью.

Он тяжело вздохнул и посмотрел на облака. Его вознесли на небо, где он нашел великолепие.