У истоков Третьего Рима

беда) мне, кому уподоблюся аз; не уподобихся ни ко птицам небесным, яко птицы небесныи плодовиты суть, ни зверем земным, яко звери земнии плодовити суть, не уподобихся аз никому же, ни водам, яко же воды сиа плодовити суть, волны бо их утешающа и рыбы их глумящеся…». Затем согласно летописи Василий посмотрел вниз на землю и воскликнул: «Господи! Не уподобихся аз ни земле сеи, яко земля приносит плоды своя на всяко время, и тя благословлять, господи!»

А кто же станет восьмым царем, Антихристом?.. Для этого дано было сбежать в Москву литовскому храбрецу и авантюристу Михаилу Глинскому со всем своим семейством, в котором уже пожилому по тем временам «седьмому» государю Василию достанется невеста и жена Елена Глинская, родившая Василию «восьмого» царя Ивана Васильевича, для кого «Грозного», для кого «Мучителя»… Не надо бы седьмому государю Василию убивать шестого, царевича Дмитрия Ивановича, тогда бы и седьмого и восьмого царей не было, с приходом Антихриста на землю Русскую…

Василий пробыл в Пскове чуть меньше месяца и написал здесь свою новую «охранную» грамоту, которую обещал простолюдинам во время ареста и ссылки обижавших их знатных псковских вельмож.

Канонический текст грамоты не сохранился, но согласно рассказу современного псковского летописца суть грамоты заключалась в отмене старых вечевых псковских законов и введении новых московских – государевых. Главное, в грамоте были даны достаточно определенные и твердые гарантии псковским налогоплательщикам, поскольку в ней устанавливался точный размер платежей, а назначенные государем соответствующие чиновники должны были придерживаться указанной нормы и не имели права требовать платежей в казну больше предписанного.

О двух назначенных наместниках государя и двух дьяках (одним из которых был Мисюрь-Минухин, при том, что в городе был размещен «устрашающий» гарнизон из тысячи «боярских сынов» и пятисот новгородских пищальников), поставленных править Псковом и проводить безжалостную политику во имя полного подчинения псковитян центру в псковской летописи сказано: «И эти наместники, и их чиновники выпили много псковской крови».

Летописец печалился своим современникам и потомкам, что когда гражданам бывшего вольного вечевого города поначалу приходилось туго из-за незнания новых московских законов и порядков. Когда псковитяне жаловались на непосильные штрафы, притеснения и аресты, веселые московские чиновники им насмешливо отвечали: «Уймитесь! Это же ваша новая грамота работает на вас».