Дорогая Мэгги

– Мэри Энн, что происходит? – спросила Мэгги. – Лоуэлл никогда не считал, что меня нужно избегать.

– Он сказал, что это дело очень беспокоит полицию. Ему запретили хоть что-то рассказывать прессе.

– Произошло жестокое убийство, оно должно быть раскрыто как можно скорее. К чему такая секретность?

– Я не знаю. И сказать по правде, считаю, что это неправильно. Люди должны знать. Нужно предупредить женщин Сакраменто, предложить им запирать на ночь двери и окна и включать сигнализацию, если она есть.

Мэгги внимательно посмотрела на сердитое лицо Мэри Энн:

– Все так плохо? Та кивнула.

– Не скажешь мне, почему?

Мэри Энн вздохнула и понизила голос, чтобы ее не могли услышать дети.

– Бедной женщине вырезали язык, – сказала она, и от ее взгляда Мэгги замерла на месте. – Лоуэлл сказал, что он никогда еще не видел подобного. По его мнению, кем бы ни был убийца, ножом он владеет виртуозно.

Мэгги поежилась:

– Охотник или хирург?

– Скорее, серийный убийца, маньяк, – сказала Мэри Энн.

Значит, ее догадка была правильной. Вчера вечером она не нашла в Интернете того, что искала, но она искала не слишком долго и не знала, что должна отслеживать монстра, вырезающего своим жертвам языки. Этого явно хватило бы, чтобы выделить этого убийцу среди остальных.

– Когда? – спросила Мэгги.

– Десять месяцев назад. И его до сих пор не поймали.

Глава 4

– Значит, те синие волокна с какого-то одеяла? – Ник прижал телефон плечом и стал перебирать фотографии жертв. Все они были убиты далеко от мест, где их нашли, и все трупы перевозили завернутыми в одеяло. Судя по всему, в этом смысле дело Сары Риттер ничем не отличалось от остальных.

– Так показывает анализ. – В речи Тони Карузо явственно слышался виргинский акцент, хотя он уже почти двадцать лет работал в Вашингтоне, в криминалистической лаборатории ФБР.

– И что в нем?

На другом конце послышался шелест бумаги. Карузо прикрыт микрофон, разговаривая с кем-то в комнате, потом снова вернулся к разговору:

– Очень жаль, но одеяло было новым. А то мы могли бы найти что-нибудь полезное – например волос убийцы. Я еще не потерял надежду получить профиль ДНК этого парня. Но пока единственное, что мы знаем, – жертву завернули в дешевое одеяло, какое можно купить где угодно.