Я написал книгу

Точнее, проехать-то я, в конце концов, проехал, только с потерями и, вообще, чудом.

Хорошо укатанная трасса позволяла разгоняться, если не до 62 км/ час, то до 58 км/ час – это точно. Я выехал из очередного поворота и сразу обратил свое внимание на то, что дальше – хана, дальше – проезда нету. Можно было только перепрыгнуть через ровный ряд внушительных булыжников, пересекавших весь путь. Прыгать мой Форд не умел. Я отчаянно нажал на тормоз, но это было, скорее, от отчаянья.

Когда машина идет в занос, вращения руля – только временная мера.

Столб, кювет, либо встречный транспорт – вот вероятный итог. В моем случае ни столба, ни кювета не было, зато откуда-то вылетела встречная «буханка», УАЗ-452. Она тоже удивилась преграде и тоже принялась крутить рулем и юзить вправо-влево.

Мы разошлись с «буханкой» на почтительном расстоянии друг от друга, в сантиметрах, этак, пятнадцати. Дядька, руливший ей, ругался, округлив глаза. Зубы у него были через один, волосы бесцветными кудельками прилипли ко лбу, а кепка в пятнах то ли крови, то ли отработанного масла, прилипла к волосам.

Он, в свою очередь, вероятно, тоже рассмотрел мое одухотворенное лицо в таких подробностях, которых мне самому и в зеркало-то не видно.

Его УАЗ взбрыкнул козлом через камни и тотчас же свернул направо к своей обочине. Мой Форд проделал тот же маневр и в том же месте и тоже свернул направо. Конечно, звук удара о камни моей машины долго еще метался меж берез и сосен, но повредился я не сильно: смял всего лишь одно колесо. «Буханка» вообще не ушиблась на беглый осмотр, все-таки она была выше над землей, чем моя машинка.

– Видал? – сказал мне шофер уазика, подошедши поближе.

Я в ответ лишь горестно вздохнул.

– Это что же такое? – спросил он меня. – Сейчас нас расстреливать из бесшумных пистолетов будут?

– Кто? – очень удивился я, даже перестав на несколько секунд горевать по колесу. – Почему?

– Так на тебя покушение, а меня, как свидетеля завалят, – доверительно сообщил мне шофер. – Все, как в кино. Ты, видать, банкир?

– Писатель, – отчего-то я представил себя сопричастным к роду деятельности, которым пока не занимался серьезно.

– А, – кивнул головой дядька. – Ну, тогда, вряд ли. Только какая же это падла булыжники на дороге разложила?

Последние слова он прокричал, тряся кулаком в сторону леса.

Из чащи никто не вышел, лесу было безразлично.

– Может грейдер прошел и камни так выворотил?

– Точно, грейдер, – шофер посмотрел на меня, как на сумасшедшего.