Мёртвые пляшут

Всем, кто будет спрашивать, отвечайте, что разговора нашего не расслышали!

– Будет сделано! – отрапортовал стражник и, развернувшись, беспечно пошёл к своим.

– Риг из Герла, задержитесь! – продолжал командовать Гны. – Объясните, что произошло в городе в последние дни!

– Да вот что… – мучительно припоминая случившиеся события, произнёс Риг. – Перед тем, как Порогу Смерти подвинуться на восток, город Цанц был отдан мёртвым карликам. Но у них кто-то убил вождя, который единственный имел право занять пост Управителя здешнего воеводства.

– Дальше! – приказал Гны.

– Карлики выбрали нового вождя, но и у того что-то не заладилось. Его выкрала засевшая на болотах банда сектантов, сколоченная бывшим посланником Смерти по имени Дрю из Дрона.

– Дальше! – повторил Гны, ибо Риг вновь замолчал.

– Когда обнаружилось, что дальнейшее пребывание Цанцкого воеводства во власти карликов противоречит уставам некрократии, Владыка Смерти велел выдворить их из Цанца обратно в Отшибину.

– Ещё! – потребовал Гны.

– Многие карлики ушли, но не все. Они ослушались Владыки Смерти и продолжали удерживать город. Приказов не слушали, грабили городские поместья, глумились над храмом Смерти. Чтобы отбить Цанц у этих негодяев, Владыкой были посланы чёрные пауки из Шестой расы.

– И что? – переспросил Флютрю.

– Ничего не вышло! – вздохнул Риг. – Пауки-то наступали снизу в надежде захватить главную – пещерную часть Цанца. А мерзостные карлики умудрились завалить им проход. Подготовились, уроды! Вот тогда-то Мёртвым Престолом и было послано наземное войско – чтобы захватить Цанц с поверхностной части.

Пока Риг выдавал ценные сведения, Гны качал головой, порой поддерживал свою голову левой рукой, но правую не подключал, чтобы не заставлять Флютрю совершать те лающие звуки, которыми тот справлялся с задачей намеренного кашля.

– Не слушай, Риг из Герла! – приказал некромейстер, когда история, приключившаяся в Цанце, оказалась более-менее ясна, и обратился к Флютрю:

– Кажется, всё несколько сложнее, чем я думал.

Некромант из Отшибины, преисполненный уважения к искусству власти над людьми, продемонстрированному некромейстером, попытался выразить свои чувства в краткой хвалебной речи.