Мёртвые душат

Ну что стоило этой Марципарине Бианке отыграться за свою скуку в отношениях с живыми любовниками на каком-то другом заезжем мертвеце, ну хоть бы на том втором посланнике Смерти, который также присутствует здесь, на цилиндроновском симпозиуме…

– Я жажду настоящих близких отношений, а не вышколенности и рабской повинности, – продолжала Лулу, глядя в упор на посланника своими серьёзными глазами, – И не той натянутой дружбы, которую мне предлагали аристократы Цанца: я уже давно призналась себе, что мне надобно иное: я желаю заполучить мертвеца в себя, ощутить в себе его леденящее семя (ведь так о нём пишут в романах!)…

– Ой, я так боюсь мертвецов! – мечтательно воскликнула госпожа Кэнэкта, – У них такие холодные руки! И ноги.

– Не дразнись! – строго бросила Лулу. – Ты прекрасно знаешь, что я и без того страстно завидую твоему опыту.

Глава 5. Герой вашего племени

Чичеро всё более запутывался в сетях вожделения дочери Управителя Цанцкого воеводства, но тут явилось запоздавшее спасение.

Пришло оттуда, откуда не ожидалось – от посланника Смерти Дрю из Дрона. Этот гость Цанца прибыл на два дня позже Чичеро – и тоже из Отшибины, но имел постоянный пропуск в подземную часть города и не нуждался в наземном жилье.

Дрю из Дрона возник на пути Лулу, Чичеро и Кэнэкты внезапно, будто вышел из фонтана, и Чичеро сразу узнал в нём своего коллегу. Этот рыцарь не кутался в чёрный посланничий плащ, а распахивал его, сияя дорогой карамцкой кольчугой. На подвижном лиловом лице мерцала тонкая улыбка.

Поздоровавшись с виновницей торжества и госпожой Кэнэктой (которых он, судя по всему, знал ранее), Дрю попросил себя представить Чичеро столь уверенным тоном, что дочь Цилиндрона подчинилась, а затем, не дав ей опомниться, объявил:

– Я вынужден прервать вашу беседу, за что прошу принять искренние извинения. Ваше участие в работе симпозиума, посланник Чичеро, сейчас крайне необходимо – в свете тех последних новостей из Отшибины, которые мне предстоит поведать Управителю Цилиндрону.

Чичеро сердечно простился с дамами и отправился вслед за спасителем, надеясь, что не слишком явно выказывает свою бурную радость.

– Примите соболезнования, Чичеро, – вполголоса бросил через широкое плечо посланник Дрю (видимо, знал, чему соболезнует), – А впрочем, не удивлюсь, если вы на что-то решитесь: она очень недурна!

– Спасибо, я заметил, – издал Чичеро, принуждённый смешок, в котором ему самому послышались искусственные интонации госпожи Кэнэкты.