Мёртвые душат

– А что слышно в Отшибине о Живом Императоре, будь навеки проклято его имя? – поинтересовался Цилиндрон, меняя тему. – Не собрал ли он новое войско, угрожающее нашему Цанцу?

– Живой Император, будь проклято его имя, в землях верной вам Отшибины в последнее время с войском не появлялся, – пылко отрапортовал Чичеро, – а коли появится, не быть ему больше живым: у нас его есть кому встретить!

Такой ответ посланника Смерти господину Управителю Цанцкого воеводства очень понравился, но вызвал и сомнение.

– И что же, у Живого Императора, будь проклято его имя, есть в вашей земле недруги? В прошлом он бывал принят в Отшибине, получал помощь, даже военную.

Кто, как не эти ваши отшибинцы, научил его потопить цвет нашей Мёртвой гвардии в лесных болотах?

– Отшибинцы не таковы! – воскликнул Чичеро. – Враг получал помощь только от лживых имперцев. Коренные жители Отшибины – Великий народ – отказали ему в помощи. И они скорбят вместе с нами о потере славных сынов Смерти.

– Это что же за Великий народ?

– Имперцы называют этот народ… карликами, – нехотя признался Чичеро, – и они действительно невелики ростом.

Зато они велики силою духа. И у них есть серьёзное основание ненавидеть Живого Императора, будь проклято его имя! Их предки по его приказу были заморены голодом.

– С этого момента поподробнее, – попросил Управитель.

– В последнюю войну было дело, мой господин, аккурат под её конец. Живой Император, будь проклято его имя, ещё имел большое войско, но наши боевые дружины уже прижали его к бесплодной местности близ Серогорья.

Несколько верных ему горных замков сдерживали наш натиск, все горные тропы ещё контролировались живыми.

Одна беда терзала Императора, будь постоянно проклинаемо его имя: наша осада привела к тому, что его войско стало голодать. Тут бы всё и решилось – легко, без лишних жертв, но Живой Император, будь проклято его имя, замыслил нечестивый план. Он послал в известные ему селения Великого народа фуражиров, чтобы те скупали провиант для его армии.

Но в этих селеньях уже тогда приняли сторону Владыки Смерти, и имперских фуражиров с позором выгоняли. То было свободное решение самоопределившегося народа, с которой доживающей свой век империи следовало считаться.

И тогда подлый Живой Император, будь проклято его имя, пришёл со своей Малой дружиной, и у каждого, кто отказывался продавать продукты, отнял их силой.

Он забирал всё, весь собранный урожай, обрекая целые сёла на голодную смерть.