Драконы смеются

Но – разочароваться? Как это сделать за деньги?

Хафиз не сразу понял, что дракон говорит о подлинном глубоком разочаровании, а не о купленном за некроталеры мертвецов пустом наигранном спектакле – с его-то тремя зарвавшимися исполнителями и более осторожной массовкой и пришлось поработать дознавателям Эрнестины Кэнэкты.

– Подлинное разочарование? Я не уверен, было ли оно…

Ещё бы, ведь чтобы определять истинную глубину владеющих людьми переживаний, надо обладать чувствительностью дракона. Уземфец не думал, что многие яральцы могли разочароваться искренне, и даже намеренно этой возможностью пренебрегал.

Ибо искренность предателей – товар дешёвый. Цена ему – ломаный некроталер на свободном рынке.

– Предателями они стали после, – заявил дракон, – сперва – разочаровались. Причём настолько, что легко приняли некроталеры. И переход от безоговорочной веры к отвержению занял у них примерно одни сутки.

Целая площадь согласованно отчаялась в течении суток. Сможет ли Хафиз оценить размах эмоционального скачка? А Драеладр его пережил – не понимая ещё, что к чему, но трепеща перед размахом.

Только что его боготворил целый город, стелился у ног и подталкивал на высоченный пьедестал, а дня не прошло – и повсюду океан презрения, и барахтайся там как знаешь!

– Но что же тогда повлекло такую переоценку?

– В этом-то и загадка, – напомнил дракончик.

– И правда… – Хафиз поморщился, и Драеладр почувствовал, что разгадка-то ему ведома, просто не хочется её оглашать.

Дракон уже замечал за уземфским наложником, с каким мастерством тот обходит некоторые неприятные или опасные темы, потому спросил в лоб, распрямляя свои кожистые крылья, чтобы казаться больше:

– Люди с площади на меня горячо надеялись и вдруг разочаровались.

Дядя Хафиз, я не верю, что ты не прослышал о причине, так отвечай же, в чём было дело?!! – дракончик прикинулся не на шутку рассерженным, чтобы изворотливый наложник остерёгся плутовать.

– Я узнал лишь одно: в Эузе в ту пору поменялся правитель, – немедленно сообщил Хафиз.

– И что это могло значить?

– Ума не приложу, – с изяществом пожал плечами наложник.

Звучало искренне, но таило уловку.

* * *

Пока Драеладр сообразил, что истинное значение смены власти в Эузе мало кому может быть ведомо (отсюда и чистосердечное «ума не приложу»), а у Хафиза в наличии лишь смутные подозрения, которые его и пугают – уземфский плут уже благополучно заснул, оставив дракона с его новым вопросом наедине.

Вывернулся-таки.