Преследование

Это казалось невозможным, но она чувствовала острую боль, терзавшую душу. Неужели она все еще страдала после всех этих лет?

И в этот момент Амелия вдруг вспомнила своего отца. Он был распутником и проходимцем, теперь она понимала это, хотя и не знала в ту пору, когда была ребенком. Амелия восхищалась своим красивым, щеголеватым отцом, а он любил Амелию. Он говорил об этом снова и снова. Отец брал ее с собой, когда объезжал фермы арендаторов, и щедро хвалил ее за каждое маленькое достижение. Но однажды он ушел.

Амелии было семь лет, когда отец оставил семью. Она долго не сомневалась, что он придет обратно. Ей потребовались годы, чтобы осознать: он никогда не вернется.

Но в случае с Саймоном Амелия почти сразу поняла, что он никогда больше не приедет. Гренвилл уехал, не сказав ни слова, – он просто не любил ее по-настоящему.

Предательство отца озадачило ее. Предательство Саймона – буквально уничтожило.

Через год Гренвилл женился на богатой наследнице из семьи Ламберт. Амелия нисколько не удивилась…

Она посмотрела в окно, на море. С места, где она сейчас стояла, можно было увидеть мерцавшие под покровом ночи воды Атлантического океана. Только очень наивная, очень молодая, очень чистая девочка могла когда-либо поверить, хотя бы на мгновение, что сын Сент-Джаста – не важно, наследник или нет, – искренне увлечется ею! Амелия могла обвинять Гренвилла в том, что он преследовал и почти соблазнил ее, но в том, что она безрассудно влюбилась, а потом позволила разбить себе сердце, винить можно было лишь себя.

Что ж, были в ее ситуации и хорошие стороны. Амелия уже не была доверчивой простодушной девочкой. Она вела себя крайне осторожно. Гренвилл был не для нее. Он мог разжечь ее страсть, пробудить в ней былые чувства, но им не суждено было связать свои судьбы. Гренвилл потерял жену и погрузился в скорбь. Амелия была его соседкой, не более того. Если существовала какая-то возможность помочь его детям, она была рада прийти на выручку.

Она давным-давно усвоила этот горький урок.

Амелии нисколько не полегчало. В ее душе было слишком много тревоги – и слишком много вопросов, оставшихся без ответа.

* * *

Они пришли за ним.

Он услышал тихие твердые шаги и пришел в ужас.