Прекрасная леди

Дочь пирата не хотела, чтобы этот аристократ догадался: поездка в Англию пугает ее гораздо сильнее, чем любое, даже самое ожесточенное морское сражение.

– Ваша семья все еще владеет землями в Сент-Мавес? – спросил он.

Аманда вдруг подскочила на месте от возмущения.

– Вы задаете слишком много вопросов о моей матери. – Мысли лихорадочно зароились в ее голове. Де Уоренн слыл бесстыдным дамским угодником, а ее мать была очень красива. Неужели он заинтересовался Дульсией Кэрр?

Сердце затрепетало от отвратительного предположения.

– С вами все в порядке? – спросил капитан.

Она не могла изобразить даже подобие жалкой улыбки.

– Аманда?

– Вы знакомы с моей матерью? – резким тоном осведомилась она.

– Боюсь, нет, я не знаю никого из Стрейтфернов.

Аманда с явным облегчением откинулась на стуле.

– Я очень удивлен тем, что ваша мать позволила вам отправиться в Вест-Индию с вашим отцом, – мимоходом заметил он.

Аманда была настолько успокоена тем, что де Уоренн явно не собирался превращать ее мать в свою любовницу – это она поняла по его ровному, безучастному тону, – что даже не задумалась над его вопросом и выпалила честно:

– А она и не давала подобного разрешения.

Папа забрал меня силой, вырвав прямо из ее рук, чем буквально разбил ее сердце. – Когда брови де Уоренна приподнялись от изумления, она добавила, пытаясь защитить отца: – Ему не разрешали меня видеть. Если бы мама была добрее, он бы никогда не забрал меня и не увез так далеко. Но она не позволила ему ни одной встречи со мной. Он очень тосковал без меня, поэтому и решился на такой шаг.

На лице де Уоренна появилось мрачное выражение.

– Мне очень жаль. Это ужасная история.

Аманда безразлично пожала плечами.

– Я все равно ничего не помню. Я даже не помню маму. Мне так обидно, что я ее забыла, – добавила она.

– Возможно, это даже к лучшему, что вы не помните, как вас вырвали из рук матери, – заметил он, испытующе глядя на Аманду.

Она посмотрела ему в глаза:

– Я люблю папу.

И я рада, что он забрал меня тогда.

Задумчиво изучая ее лицо, де Уоренн отозвался:

– Я знаю.

Несмотря на свое признание, в глубине души Аманда чувствовала грусть. Это ощущение не было похоже на горе, которое съедало ее после смерти отца. Дочь пирата не могла не спрашивать себя, какой была бы ее жизнь, если бы отец не приехал тогда, чтобы увезти ее из Сент-Мавес. Этот вопрос мучил Аманду большую часть жизни.