Прекрасная леди

Если бы только она могла быть уверена, что мама будет вне себя от радости, когда ее увидит!

– Правда? – Ариэлла улыбнулась, но вдруг вспомнила о чем-то и погрустнела. – А моя мама умерла. Ее убили, когда я родилась.

Теперь настал черед Аманды проявить любопытство:

– Она была принцессой?

Глаза Ариэллы изумленно распахнулись, и она рассмеялась:

– Нет. У иудеев нет королевских особ.

– Она была еврейкой? – отозвалась Аманда, безмерно удивленная. Ну конечно, она ведь встречала евреев прежде – как-то она была на Кюрасао, этот остров был населен главным образом евреями.

– Папа влюбился в маму, и у них появилась я. Но это было запрещено, поэтому князь Берберии приказал ее убить. А вы знаете, где находится Берберия?

Аманда в растерянности смотрела на девочку. Она не могла не чувствовать сострадания к ребенку, но была и очень встревожена, узнав, что де Уоренн любил ее мать.

– Так знаете?

– Да. – Аманда потянула девочку за руку, и они продолжили свою прогулку по палубе.

– А папе вы тоже нравитесь, – вдруг выпалила Ариэлла.

Аманда споткнулась на ровном месте:

– Что?

Ариэлла улыбнулась ей:

– Он все время смотрит на вас и краснеет. Обычно он никогда не краснеет, кроме тех случаев, когда вы находитесь в комнате.

Аманда не верила своим ушам:

– Сомневаюсь, что кто-нибудь или что-нибудь может заставить твоего отца покраснеть.

– Вы заставляете его краснеть. Я видела, это было утром, когда мы вышли из дома, а еще он краснел на катере.

– Было слишком жарко, – с раздражением бросила Аманда. Ей не хотелось обсуждать Клиффа де Уоренна с его избалованной дочерью, у которой было слишком живое воображение и которой нравилось читать взрослые книги. К этому моменту они уже целиком обогнули палубу, приблизившись к левому борту, и теперь стояли недалеко от предмета их беседы.

– Мне стало намного лучше. Я хочу прилечь, – зевнув, сказала Ариэлла.

Она повернулась, выпустив руку Аманды, и толкнула дверь капитанской каюты.

Аманда не возражала: она была уверена в том, что Ариэлле позволено ходить взад и вперед по судну, туда, куда ей заблагорассудится. Аманде же категорически запрещалось входить в каюту отца без стука – он частенько принимал там проституток.