Невероятное влечение

Именно мать явила ей истинную силу любви, семьи, усердия и уважения.

Александра знала, что мать гордилась ею. Знала это так же точно, как и то, что просто не в состоянии вынести этот последний, прощальный момент.

– Не беспокойся о девочках и об отце. Я о них позабочусь.

– Я знаю. – Элизабет печально улыбнулась и затихла.

Александра стала задыхаться, она ловила воздух ртом, чувствуя, как острая боль пронзает душу. Так долго сдерживаемые слезы хлынули из глаз, несмотря на все ее усилия. Она еще крепче сжала руки матери и легла рядом с ней, уже тоскуя без нее – сильно, глубоко… Боль казалась нестерпимой – в состоянии этого безграничного горя и нашел Александру ее жених, Оуэн.

– Александра. – Он с нежностью помог ей подняться.

Она перехватила встревоженный, испытующий взгляд любимого и разрешила ему увести себя из этой комнаты смерти. Теперь там было темно и мрачно – теплый свет погас навеки. В холле Оуэн долго держал ее в объятиях. Александра позволила ему это, чувствуя, как боль утраты терзает сердце.

Но она твердо знала, что должна делать. Оуэн был ее лучшим другом, ее первой и единственной настоящей любовью, но теперь все это не имело ровным счетом никакого значения.

– Почему ты так на меня смотришь? – спросил Оуэн, и его глаза удивленно распахнулись.

Александра погладила жениха по щеке.

– Я люблю тебя, Оуэн.

Он встревожился еще больше:

– Ты просто в шоке… Что ж, пришло время горевать.

Александра задумчиво покачала головой.

– Я не могу выйти за тебя замуж, Оуэн.

Я пообещала маме позаботиться о нашей семье и сдержу слово. Моя жизнь больше мне не принадлежит. Я не могу выйти за тебя замуж, не могу быть твоей женой или матерью твоих детей. Я не могу. Я должна позаботиться о сестрах, – твердо сказала она, осознав в этот момент, что говорит истинную правду. Новый резкий поворот жизни буквально сокрушил ее.

– Александра! – воскликнул Оуэн. – Позволь себе этот горестный траур. Я буду ждать. Я люблю тебя, и мы пройдем через этот нелегкий период вместе.

Но Александра отстранилась – это был самый тягостный поступок из всех, которые она когда-либо совершала.

– Нет, Оуэн. Все изменилось. Я нужна Кори и Оливии, а еще отцу.

– Я буду ждать тебя, – упорствовал возлюбленный, и слезы сверкнули на его ресницах.

Но отныне выбора просто не было. Александре предстояло сплотить семью, независимо от того, каких жертв это от нее потребует.

– Прощай, Оуэн, – обреченно произнесла она.