Маскарад

Я точно уверена, что-то не так – совсем не так! – в том, что вы появились без приглашения в моем доме. Анна больна день и ночь, ваша мать присылает мне письмо с благодарностью за приглашение, которое я не присылала, и спрашивает меня о здоровье, словно я больна!

Конечно, она разозлится, подумала Лизи, но на самом деле Элеонор казалась больше озабоченной, чем разгневанной.

– Пожалуйста, присядьте, тетя Элеонор. Мы должны обсудить с вами одно дело, – спокойно произнесла она.

Элеонор, побледнев, послушалась и села, сложив руки на коленях.

Анна встала перед ней, заломив руки.

– Простите, тетя Элеонор, – сказала она, опустив большие голубые глаза. – Это полностью моя вина. – Из глаз ее потекли слезы.

– Нам нужна ваша помощь, – хрипло проговорила Лизи. – Мы отчаянно нуждаемся в вашей помощи.

Элеонор посмотрела на нее, ни один мускул на ее лице не дрогнул, ее выражение казалось мрачным.

– Вы так добры, – осторожно начала Лизи, пока Анна плакала.

Элеонор прервала ее, вставая:

– Я не добрая женщина.

Анна послушалась, подняв глаза. Ее лицо было заплаканным, а взгляд – полным страдания.

– Ты беременна, не так ли? – спросила Элеонор. – Поэтому ты такая толстая. Поэтому ты не выходишь из дому.

Анна кивнула, закусив губу, готовая снова разрыдаться.

– Я никогда не хотела, чтобы это случилось!

Лизи сжала руку сестры, ее сердце отчаянно билось.

– Анна также обручена с замечательным британским военным! – поспешно воскликнула она.

Элеонор даже не посмотрела на Анну. Ее голос звучал спокойно:

– И он не отец?

– Нет, – заплакала Анна.

– И, как я понимаю, ваши родители понятия не имеют о твоем положении?

– Нет, не имеют, – ответила Лизи за сестру. – Это была моя глупая идея – приехать сюда, чтобы Анна могла родить ребенка в уединении у вас дома.

– И вы думаете, что я буду участвовать в этом отвратительном плане? – резко спросила Элеонор.

– Вы наша единственная надежда! – воскликнула Лизи. – Вы единственная надежда Анны. Вы не можете выгнать нас из дома теперь, когда мы отчаянно нуждаемся. Никто не может быть таким бессердечным.

Элеонор встретилась с ней взглядом:

– Я не говорила, что выгоню вас. Посмотри на меня, дитя, – сказала она Анне.

Анна подняла взгляд.