Маскарад

Лизи решила убраться в гостиной, когда привезли книгу, которую она заказала в дублинском магазине. Со шваброй в руке, она сорвала упаковку с посылки, улыбнувшись, когда увидела название. «Чувство и чувствительность». Забыв о своей работе, Лизи села и сразу же начала читать.

Она понятия не имела, как долго просидела здесь, погруженная в роман, но прочла несколько глав, когда услышала звук копыт и грохот кареты на улице. Лизи вернулась в реальность. Закрыв книгу, она подошла к окну и вздрогнула, увидев грузную фигуру Питера Гарольда, выходящего из кареты.

К глубочайшему сожалению Лизи, он навещал Джорджи каждую неделю в этом месяце. Казалось, Джорджи смирилась, хотя мало говорила в его присутствии, иногда улыбалась, позволяя ему продолжать свои бесконечные монологи. Лизи пошла в кухню.

– Джорджи, мистер Гарольд приехал.

Джорджи ощипывала цыпленка. Она застыла и медленно повернулась.

Лизи было больно видеть смирение своей сестры.

– Позволь мне прогнать его! – воскликнула она. – Я скажу ему, что ты любишь какого-нибудь молодого радикала из Дублина!

Джорджи пошла к раковине, снимая фартук.

– Он мой единственный кавалер, Лизи. И даже ты слышала, что мама жалуется, как ей трудно дышать.

– Доктор Райан сказал, она в порядке, – возразила Лизи. – Я начинаю думать, что эти ее заявления о плохом самочувствии просто способ заставить тебя сделать то, что она хочет.

Джорджи отошла от раковины.

– Я тоже об этом думала, но какая разница? Мы все надеялись, что Анна будет помолвлена к этому времени, но ничего не произошло.

Лизи нахмурилась – мистер Гарольд постучал в парадную дверь.

– Анна выйдет замуж до лета. Ей просто нужно определиться в выборе поклонника.

– Анна легкомысленна, – ответила Джорджи, понизив голос. Она помедлила и затем добавила: – Мистер Гарольд признался мне, что зарабатывает пятьсот фунтов в год.

Лизи заморгала. И правда, хорошая сумма!

– Но он продает вино, – попыталась возразить она, – и он даже не протестант, он диссидент.

Джорджи вышла из кухни.

– Может, и так, но, по крайней мере, его политические взгляды не так оскорбительны.

Лизи пошла за ней.

– У него нет политических взглядов!

Она видела попытки Джорджи вовлечь его в политическую беседу, но он смог сказать лишь, что война хороша для его бизнеса, – не то чтобы он был сторонником войны, но цены на вино никогда не были лучше.