Идеальная невеста

Но Бланш знала, что он больше всего на свете хотел, чтобы она без шума обвенчалась с каким-нибудь достойным джентльменом.

Красивая подъездная аллея уже вся заполнилась каретами. Их было десятка три. Шесть месяцев назад около пятисот человек пришли к ней выразить соболезнование по поводу смерти отца. Бланш сохранила все визитные карточки, двести двадцать восемь из них принадлежали холостым мужчинам. Подсчитав их, она испугалась, но по-прежнему была настроена решительно.

Сколько среди этих мужчин порядочных людей, не охотников за приданым? Бланш не надеялась, что когда-нибудь влюбится, ее целью было найти в этой толпе поклонников практичного, достойного и родовитого мужчину.

– Ох, моя дорогая! Ты хмуришься! – воскликнула Бесс Уэверли, подходя к ней. – Я знаю тебя лучше, чем ты сама себя. Не забывай, мы дружим с девяти лет! Пожалуйста, не говори мне, что ты хочешь отослать всех прочь. Я только что объявила, что твой траур закончился. Зачем соблюдать его еще шесть месяцев? Ты только отсрочишь неизбежное.

Бланш взглянула на свою лучшую подругу Бесс. Они были как ночь и день – полная противоположность друг другу. Но именно поэтому Бланш так любила Бесс, а та ее. Бесс была эффектной и страстной, жизнь бурлила в ней. У Бесс был уже второй муж и по меньшей мере двенадцатый любовник. Бесс не скрывала, что любит все стороны жизни, в том числе – мужскую любовь, и в этом не собирается себя ограничивать. Бланш в свои двадцать семь лет была девственницей и до сих пор считала свою жизнь вполне приятной.

Ей нравились прогулки в парке, походы по магазинам, встречи за чайным столом, опера и балы. Бланш совершенно не представляла себе, что значит страстно любить кого-то.

В ее сердце словно не хватало какой-то важной детали: оно билось, но не могло работать в режиме сильных чувств. Солнце для Бланш всегда было желтым и никогда золотым, комедии ее развлекали, но не могли рассмешить, изысканная еда доставляла удовольствие, но не наслаждение.

Среди молодых модников были такие, кто казался ей красивым, но ни от чьей красоты у нее не захватывало дух. За всю свою жизнь она ни разу не испытала волнения в крови при виде мужчины.

Бланш уже давно поняла, что ей не дано жить страстями. Уже давно она решила, что восторги любви, радость жизни – все это для других женщин, матери которых не погибали во время уличных беспорядков. Другие женщины не теряли мать в шесть лет.