Змеиный перевал

В следующий момент до нас долетел нежный девичий голос:

– Это ты, отец?

– Да, дитя мое! Надеюсь, ты не была на улице в грозу?

– Только немного, отец; я беспокоилась о тебе. Все получилось? Ты получил то, что хотел? – Она спрыгнула с ограды и приблизилась к нам, затем, очевидно, увидела меня и продолжила оробев, совсем тихо: – О! Прошу прощения! Я не заметила, что с тобой незнакомец.

Мне все это было весьма странным; нежный голос, мелодичнее которого я никогда не слышал прежде, но все же я чувствовал себя как слепой, так как ничего разглядеть не мог, в то время как трое других, казалось, держались уверенно и легко, как при дневном свете.

– Энтот джентльмен был очень добр ко мне, Нора. Он предложил подвезти меня в своем экипаже и даже сделал крюк, чтобы доставить прям сюда.

– Я уверяю вас, сэр, что все мы благодарны вам. Но, отец, где же твоя лошадь? Почему тебе пришлось добираться до дома в этом экипаже? Я надеюсь, с тобой не случилось ничего дурного? Весь день я так боялась за тебя, – голос ее дрогнул, я бы поклялся, что она побледнела, хотя во мраке ночи не мог удостовериться в этом.

– Да, дорогая, я упал в озеро Карраг, но теперь со мной все в порядке. Нора, милая! Быстрее, помогите, она упадет в обморок! Боже мой! Мне не успеть.

Я выпрыгнул из экипажа и шагнул на голос, но руки мои хватали лишь пустоту. Но тут рядом я услышал Энди:

– Все в порядке. Я ее подхватил. Держитесь, мисс Нора, ваш папаша в норме, разве сами не видите – вот приехал в экипаже, чин-чином.

– С мной все хорошо, – пролепетала она, – но, отец, надеюсь, ты не пострадал?

– Чуть-чуть, дорогая, тока немного со мной повозиться придется. Ручаюсь, несколько дней – и молодцом буду. Спасибо, Энди. Помоги мне выбраться – что-то я неуклюжий нынче. Спокойной ночи, Энди, – добавил он, оказавшись на земле, – и вам доброй ночи, сэр. Сердечно благодарю за вашу доброту ко мне. Надеюсь еще увидеть вас, – он пожал мне руку.

– Доброй ночи, – ответил я. – Не сомневаюсь, что мы еще встретимся.

Другая рука коснулась моей – теплая, сильная, хотя и небольшая, а нежный голос застенчиво проговорил:

– Доброй ночи, сэр, спасибо вам за заботу о моем отце.

Я пробормотал в ответ «спокойной ночи», приподнимая шляпу. Темнота в тот момент так сгустилась, что стала буквально невыносимой. Мы услышали, как отец и дочь пошли по тропе к дому, и я снова забрался в экипаж.