Гость Дракулы (сборник)

Малькольмсон посмотрел вверх и увидел огромную крысу, медленно ползущую к нему и сверлившую его неподвижным взглядом. Со сдавленным проклятием он отпустил веревку и отшатнулся, а крыса развернулась, побежала вверх и исчезла. В то же мгновение Малькольмсон услышал крысиную возню, которая на время прекратилась.

Это навело его на мысль о том, что он так и не исследовал логово крысы и не осмотрел картины, как намеревался сделать. Он зажег другую лампу без абажура, и, высоко подняв ее, остановился перед третьей картиной справа от камина, за которой спряталась крыса, что он видел предыдущей ночью.

Только взглянув на картину, он вздрогнул и попятился так быстро, что едва не уронил лампу. Его лицо смертельно побледнело, колени тряслись, лоб покрылся крупными каплями пота, и он дрожал как осиновый лист. Но он был молодым и решительным, поэтому быстро собрался с силами и уже через несколько секунд снова шагнул вперед, поднял лампу и изучил картину, очищенную от пыли и отмытую дочиста.

На ней был изображен судья в алой мантии с горностаевой оторочкой.

Его лицо было волевым и безжалостным, злобным, коварным и мстительным – с чувственным ртом и крючковатым багровым носом, похожим на клюв хищной птицы. Глаза были необычно яркими и невероятно злобными. Глядя на них, Малькольмсон похолодел, ибо увидел несомненное сходство с глазами огромной крысы. Лампа едва не выпала из его руки, когда в комнате наступила тишина, и он увидел крысу, угрожающе смотревшую на него из дырки в углу картины. Тем не менее он совладал с собой и продолжил осмотр.

Судья восседал на резном дубовом стуле с высокой спинкой по правую руку от большого каменного камина, а в углу комнаты с потолка свисала веревка, конец которой был свернут в петлю на полу. С чувством, похожим на ужас, Малькольмсон узнал комнату, в которой он находился. Он потрясенно огляделся, как будто ожидал увидеть некое странное присутствие за спиной, а когда его взгляд переместился за угол камина, он с громким криком выронил лампу.

На стуле с высокой спинкой, рядом со свисающей веревкой, сидела крыса со злобными глазами судьи, чей блеск только усилился; теперь в ее взгляде сверкало жестокое торжество.

Упавшая лампа привела Малькольмсона в чувство. К счастью, она была металлической, поэтому масло не пролилось наружу. Необходимость выполнить простое действие успокоила его разыгравшиеся нервы. Погасив лампу, он вытер лоб и на мгновение задумался.

– Так не пойдет, – сказал он себе.