Гость Дракулы (сборник)

Долгие годы он ожидал и терпеливо продолжал совершать добрые дела, пока они не увенчались любовью, а теперь эти годы казались всего лишь мимолетным сном, и все было напрасно.

Теперь, когда смертная тень нависла над любимой, казалось, что эта туча висит и над ним самим, окружая их обоих темной бездной рока.

– Зачем, о, зачем, – спрашивал бедный Поэт у незримого воздуха, – пришла к нам любовь? Зачем пришли покой, радость и счастье, если темные крылья погибели укрыли тенью все вокруг нее и оставили меня рыдать в одиночестве?

И долгие, горькие, одинокие часы провел он в стонах, слезах и ропоте на судьбу, уткнувшись лицом в высокую траву.

При звуках их голосов Поэт приподнял голову, и люди прочли в его больших, темных, нежных глазах безумие. Он печально улыбнулся, словно не вполне понимал смысл услышанного – ведь люди как можно мягче пытались сообщить, что его любимая умерла.

Они сказали:

– Она ушла в Долину Тени, – но Поэт, по-видимому, не понял.

Они прошептали:

– Она услыхала Музыку Сфер, – но он все равно не понял.

Тогда они грустно сообщили ему:

– Теперь она обитает в Замке Короля.

Он пристально посмотрел на них, будто спрашивал: «В каком Замке? Какого Короля?»

И тогда люди склонили головы, отвернулись, пряча слезы, и прошептали тихо:

– В Замке Короля-Смерти.

Поэт не сказал ни слова, поэтому люди снова повернули к нему заплаканные лица и увидели, что он поднялся на ноги и стоит с выражением решимости на лице.

– Что ж, тогда я пойду и найду мою любимую, чтобы жить с нею там, где она пребывает ныне.

– Вы не можете туда пойти, – возразили люди. – Она по ту сторону Портала, в Стране Смерти.

Серьезные, любящие глаза Поэта горели решимостью, когда он ответил:

– Куда ушла она, пойду и я. Через Долину Тени я проложу свой путь. В моих ушах тоже прозвучит Музыка Сфер. Я буду искать и найду мою возлюбленную в чертогах Замка, и крепко обниму ее даже перед ужасным ликом Короля Смерти.

Услышав эти слова, люди снова склонили головы и, зарыдав, воскликнули:

– Увы нам! Увы!

Поэт же повернулся и пошел прочь. И даже тогда люди готовы были последовать за ним, но он подал им знак, чтобы они не двигались с места, и ушел один, наедине со своим горем.

Отойдя на некоторое расстояние, Поэт повернулся и помахал рукой на прощанье. Постоял немного с поднятой рукой и повернулся к людям спиной.