DISHONORED: Порченый

Ее тело, гибкое и атлетичное, ведомое инстинктами, которые без остановки тренировали последние десять лет, смягчило удар от неудачного прыжка, тотчас сделав кувырок. Полы ее черного плаща окунулись в собравшиеся на крыше лужи, и в воздух взметнулся миллион мелких брызг.

Завершив кувырок, Эмили сделала паузу и встала на четвереньки. Капли дождя стекали по ее капюшону и падали в лужу прямо перед ней.

Один вдох…

Второй…

Третий.

«Что ж, не так уж и плохо, – подумала она. – Лучше уж прыгнуть дальше, чем не допрыгнуть.

И не просто в темноте, но еще и в дождь».

Эмили позволила себе слегка улыбнуться под капюшоном.

«Неплохо, императрица, весьма неплохо». Видел бы ее сейчас отец! Пожалуй, теперь его бы не постигло разочарование.

Она развернулась, поднялась на ноги и снова подошла к карнизу. Улыбка исчезла с ее худенького личика. Нахмурившись, Эмили велела себе быть, черт возьми, внимательнее! Иначе следующая ошибка действительно может стать роковой.

Да, падать было высоко, так что пробовать это ни в коем случае не стоило.

Она сумела перепрыгнуть, но с большим трудом, благодаря лишь урокам отца и бесконечным тренировкам, во время которых она прыгала по парапету Дануоллской башни, стараясь не попадаться на глаза часовым.

Вдали блеснула молния, очертив силуэт башни. Секунду спустя раздался гром, который, как пушечный выстрел, эхом отразился от всех каменных построек города. Было поздно – точнее, уже даже рано, приближался рассвет, – и Эмили подозревала, что она единственная, кто под этим ливнем рискнул выйти на улицу.

Конечно же, на самом деле она не единственная в городе, кто думал так. Отойдя от карниза, она добежала до того места, где здание примыкало к соседнему, повыше, крыша которого представляла собой причудливую мозаику черепичных узоров, выложенную со всем тщанием ребенка, переевшего серконосского медовика.

Оказавшись ближе, Эмили ускорилась, подпрыгнула, поставила ногу на подоконник, забралась выше, прижалась к стене, чтобы не упасть, вцепилась в следующий уступ крыши и подтянулась.

Не останавливаясь, она продолжила хвататься за углы и выступы здания – окна, карнизы, балки, коньки, – и поднималась все выше, пока через несколько минут не оказалась на вершине небольшой прямоугольной башни, очевидно, в самой высокой точке в этой части города.

Она выпрямилась во весь рост. Несмотря на глубокий капюшон плаща, ее иссиня-черные волосы совсем промокли.