Мифы Ктулху. Порча и другие повести

Зная, что судья Эндрюс принадлежит к числу людей, которые ценят в первую очередь твердые факты, не искаженные полетом чьей-то фантазии, я невольно задался вопросом: чем же заслужили работы эксцентричного Бриджмена место в его книжном собрании?

Я направлялся из небольшой библиотеки в кабинет судьи, чтобы задать ему этот вопрос, когда заметил, как из дома, оглядываясь по сторонам, вышла красивая женщина, чей возраст я тогда затруднился определить. Несмотря на ее стройность и относительную свежесть кожи, в волосах ее виднелась седина.

В молодости она наверняка была весьма привлекательной, если не красавицей. Меня она не заметила – вернее, даже если и заметила краем глаза, то, будучи крайне взволнованной, не придала этому особого значения. Вскоре я услышал, как от дома отъехала ее машина.

Не решаясь переступить порог кабинета, я задал хозяину дома свой вопрос.

– Книги Бриджмена? – переспросил меня судья Эндрюс, оторвав взгляд от лежавших на столе бумаг.

– Я имею в виду работы Бриджмена из вашей библиотеки, – пояснил я, войдя наконец в кабинет.

 – Даже не подозревал, что они могут вас заинтересовать.

– Вот как? А я не знал, что вы увлекаетесь такими вещами, Дэвид.

– Ну, не то чтобы увлекаюсь… Просто кое-что слышал о нем, вот и все.

– Вы уверены, что это все?

– Э-э-э… ну да. А в чем дело?

– Гм, как сказать, – задумчиво произнес он. – Впрочем, ничего особенного – так, совпадение. Видите ли, женщина, которая только что вышла из моего дома, – это Люсиль Бриджмен, вдова Сэма.

Она остановилась в «Нельсоне».

– Вдова Сэма? – признаюсь честно, я был заинтригован. – Так вы знали его лично?

– Разумеется, знал, причем довольно близко, хотя это и было много лет назад. А недавно я прочел его книги. Кстати, погиб он неподалеку отсюда.

Я кивнул.

– Насколько мне известно, при весьма загадочных обстоятельствах.

– Верно.

Судья вновь нахмурился и даже отодвинул стул. Он был явно чем-то взволнован.

Я подождал с минуту в надежде услышать что-то еще.

– И что же? – проговорил я, поняв, что продолжать он не собирается.

– Гм, – откликнулся судья Эндрюс. Его взгляд был устремлен в пространство, сквозь меня. – Что, что… да ничего, и вообще, я занят!

Он надел очки и погрузился в чтение.

Я понимающе улыбнулся и кивнул. Неплохо изучив привычки старика, я знал, что на самом деле означало столь резкое завершение разговора: «Если хочешь узнать больше, попробуй докопаться до истины сам».