Хроники Нетесаного трона. Клинки императора

– Разве вы не погребаете солдат, убитых в сражении? – колко парировала Адер.

Не считая ее, ил Торнья был самым молодым из собравшихся на возвышении: ему было, наверное, около тридцати пяти лет. Но важнее было другое – он единственный, по-видимому, принял ее назначение на пост министра финансов. По всем статьям его следовало считать союзником, но она не могла не ощетиниться, услышав его тон.

– Несомненно, генерал должен заботиться о павших, – говорила Адер с ноткой вызова в голосе, но кенаранг лишь пожал плечами.

– Должен, если есть возможность. Я предпочитаю догонять тех, кто их убил.

– И этому придет время, уже скоро, – глубоко вздохнув, сказала Адер. – Через месяц Уиниан будет мертв. Будь моя воля, он умер бы уже через неделю!

– Я совсем не против скорой расправы, но разве не придется устроить что-то наподобие суда? Все же этот человек – верховный жрец Интарры. Подозреваю, его паства может обидеться, если вы попросту вздернете его на самом высоком суку.

– Мой отец вошел в храм Света, – перечисляла Адер, загибая пальцы.

Она бы дорого заплатила, чтобы узнать, зачем ее отцу понадобилось встречаться со жрецом и почему для этой встречи он отказался от защиты эдолийской гвардии… Впрочем, основные детали его убийства были ясны.

– Уиниан получит свой суд, а после умрет, – заключила Адер.

Гулкий низкий бой барабанов прервал их разговор. Вновь и вновь звучали удары, строгие и торжественные, словно гремела сама земля.

– Для погребения Сантуна Второго принесли в жертву пять сотен белых быков, – заметил азран-советник Билкун Хеллел. – Как печально, что мы не смогли оказать такие же почести вашему отцу.

Это был розовый, елейный, непомерно толстый человек; его одежда, сшитая из лучшей ткани, сидела на нем вкривь и вкось. Тем не менее его маленькие умные глазки не упускали ничего, особенно в области политики.

Адер отмела замечание взмахом руки:

– Пятьсот быков по десять солнц за каждого – пять тысяч солнц. Эти деньги нам еще пригодятся.

Советник приподнял уголок рта в кривой улыбке:

– Я восхищен вашими математическими способностями, однако не уверен, что вы осознаете, какое воздействие подобный спектакль оказывает на умы людей. Он возвеличил бы вашего отца, а вместе с ним и весь ваш дом.