Колдовство королевы

Матросы относились к ней с благоговением, ведь она спасла их жизни, и преисполнялись суеверного ужаса перед ее колдовством.

Бершад и Эшлин разглядывали приближавшуюся флотилию. Каждый корабль наверняка скрывал сорок воинов в трюме, а на мачтах сидели полтора десятка лучников. У папирийцев явно было численное преимущество, да и от закопченной драконьей нити на запястье Эшлин толку больше никакого.

– По-моему, императрица знает, что случилось с кораблями, отправленными в Альмиру, – сказала Эшлин; океанский ветер трепал темные пряди ее волос, а сама она не сводила глаз с флотилии.

 – Скорее всего, она приказала своему флоту нападать на любые суда, возвращающиеся с юга.

– Откуда такая враждебность? – спросил Бершад.

– Враждебность – обычное отношение императрицы Окину к чужестранцам, – фыркнула Эшлин.

– Я целиком и полностью подтверждаю слова королевы, – сказал Джаку.

Военные корабли окружили одинокое судно. Когда все пути к отступлению были отрезаны, два фрегата вышли из строя и устремились к кораблю, будто красноголовы на охоте, только медленнее.

На корабельных корпусах, обитых черной сталью, красовались изображения волн и косаток в прыжке. На носу появились лучники, наставили на корабль заряженные и взведенные арбалеты.

– Эй! – выкрикнул кто-то с палубы папирийского фрегата. – Кто вам позволил без предупреждения зайти в папирийские воды?

– А у нас другого выхода не было, – откликнулся Джаку, встав у борта.

– У нас приказ топить любой корабль из Альмиры.

– И почему же ты нас еще не потопил?

– Мне захотелось разобраться.

 – Бритоголовый капитан с жиденькой бороденкой, прищурившись, всмотрелся в Джаку. – По-моему, я тебя не знаю.

– Я – капитан Джаку.

– А, слыхал о таком.

– А тебя как зовут?

– Капитан По.

Джаку кивнул и четко отдал честь на папирийский манер.

– И я о тебе слыхал. Мой старший помощник, Томкин, когда-то служил у тебя под началом. Хорошо о тебе отзывался.

– И как дела у Томкина?

– Три года назад ракушку проглотил.

 – Джаку помолчал и добавил: – А без предупреждения мы явились потому, что у нас особый груз. Вот, сам посмотри.

Джаку указал на Бершада и Эшлин.

По окинул взглядом палубу, уставился на татуированные щеки Бершада и на суровое лицо Эшлин:

– А вы кто такие?

– Это Эшлин Мальграв, королева Альмиры, племянница всевечной императрицы Окину, – объявил Джаку и сплюнул. – А это – долбаный Бершад Безупречный.

– Надо же, – сказал капитан По, дернув бороденкой.