Колдовство королевы

– Для воина щедрая награда – предвестник кровавых сражений, – сказала Вира.

Децимар удивленно взглянул на нее:

– А где ты научилась так хорошо говорить по-баларски?

– Я знаю все языки, на которых говорят возможные враги.

На самом деле вначале Вира с трудом изъяснялась на баларском, но Каира заставила ее ежедневно заучивать характерные баларские обороты и выражения, добиваясь беглости речи и четкого понимания, хотя, по правде сказать, тонкостей воровского жаргона Вира так и не постигла.

– Понятно. И как, в этой таверне сегодня есть враги?

Хозяин принес им кружки пива, старательно делая вид, что не подслушивает разговор.

– Да не то чтобы враги, – сказала Вира. – Так, несколько контрабандистов.

Намасленные брови хозяина встревоженно дрогнули. Он тут же спохватился, но поздно.

– Контрабанда – дело серьезное, – заметил Децимар, поднося кружку к губам.

– Долго они не протянут.

– Это почему?

На разных зверей охотятся по-разному. На кролика расставляют силки, оленей загоняют, а вот к вепрю требуется иной подход.

Сейчас шла охота на вепря.

– Потому, что я пришла их убить, – заявила Вира, повысив голос, чтобы наверняка привлечь внимание хозяина, который стоял к ним спиной и делал вид, что вытирает бокал.

Децимар отставил пивную кружку, так и не донеся ее до губ.

– Значит, правду говорят про вдов.

– Гм, не знаю… – сказала Вира.

– Что с вами лучше не связываться.

– Верно. Те, кто связывается, быстро об этом жалеет, – кивнула Вира, следя за хозяином таверны, который торопливо подошел к дальней оконечности барной стойки, вручил бокал шипучего вина толстяку в белом шелковом одеянии и что-то зашептал.

Толстяк в свою очередь предупредил о чем-то двух типов с настороженными взглядами и короткими мечами. Тот, что повыше, поспешил прочь из таверны, но, судя по кивку, который достался толстяку-торговцу, ясно было, что заведение он покинул ненадолго.

– И что же стало с тем мудаком, который лишил тебя мизинца?

– А с чего ты взял, что это был он, а не она? – спросила Вира, буравя взглядом Децимара.

Он беспомощно пожал плечами.

– Не волнуйся, лейтенант, я пошутила. Мудак, который выломал мне мизинец, сдох на Вепревом хребте. А тот, кто отсек мне искалеченный палец… пропал без следа.