Непорочная пустота. Соскальзывая в небытие

Аттила вернулся в комнату чистым и обнаженным: на коже блестели капли воды, мокрые волосы прилипли к спине, а с плеча свисало полотенце. Широкие плечи, широкая грудь, широкие бедра и член как у коня. Господи. Он до сих пор сжимал в руке топор, такой же чистый, как и сам Аттила, и протирал металл промасленной тряпкой.

Таннеру потребовалось какое-то время, чтобы сообразить: по крайней мере этим вечером его не убьют.

– Я не понимаю, – сказал он. – Ты мог позволить нам уйти отсюда, и ничего бы не изменилось. Я о тебе ни хрена не знаю.

– Как насчет обмена? – предложил Аттила. – Вопрос за вопрос. Ты поделишься информацией со мной, а я – с тобой.

Больше разговоров значило меньше боли. Пусть даже он не знал, может ли рассказать что-то такое, что представляло бы ценность для Аттилы.

Аттила уселся на пол, заканчивая вытирать топор. Он сидел в трех футах от Таннера и явно не считал его проблемой.

– Новый парень Дафны. Что случилось у него дома, пока ты там был? Судя по скорой помощи, защитным костюмам и тачкам федералов, что-то серьезное. Ты, видимо, был свидетелем. Так что случилось?

– Откуда ты вообще… – Таннер не знал, каких вопросов от него ожидать, но если бы ему предложили угадать, он бы ошибся. – Ты что, за ней следил?

– Я надеюсь, это не твой вопрос? Потому что, если на секунду задуматься, он сам на себя ответит. – Аттила, похоже, смилостивился над ним, хотя бы потому, что это дало ему возможность поглумиться.

Таннер закрыл глаза. Мелкие пробелы он заполнит позже. Если у него будет это «позже».

– Вал… он распался на части. Буквально. – Он взглянул на Шона. – Как если бы ты занимался вот этим несколько часов – только секунд за тридцать.

Он знал, как невероятно это звучит.

– Детали. Вот где кроется дьявол.

Таннер рассказал о произошедшем так кратко, как смог. О случившейся с Валом перемене, о том, что он двигался, словно человек, забывший, как должно работать его тело. О том, как он набросился на телефоны и запихнул один себе в глотку. Как на протяжении нескольких минут после этого он казался впавшим в состояние фуги, а потом развалился на куски.

– И ты видел, как это случилось.

– С такого же расстояния, как сейчас вижу тебя.