Охотники Дюны

Не станет ли это бесконечным циклом? Дункан Айдахо и Майлс Тег – вечные товарищи, вечные спутники, чередующие роли наставника и ученика, вечные и неизменные роли в разные периоды жизни?

– Помню, как я учил молодого Пола Атрейдеса технике мастеров меча. У нас был тренировочный мек в замке Каладан, и Пол научился поражать его при любом уровне сложности. Но все равно, он куда успешнее сражался с живыми противниками.

– Я предпочитаю видеть врага, из которого течет кровь, когда я поражаю его.

Дункан рассмеялся.

– Пол однажды сказал почти то же самое.

Они сражались еще около часа, но Дункан не мог сосредоточиться, одна мысль отвлекала его от древнего искусства поединка. Что, если Мастер-тлейлаксу сказал правду, и можно будет вернуть из прошлого всех друзей и товарищей, и тогда эти воспоминания перестанут быть просто тягостными бесплотными образами? Они станут живыми, настоящими людьми.

Иллюзии, Майлс. Иллюзии – вот их стиль. Формирование ложных впечатлений для достижения реальных целей – так действуют тлейлаксу.

    Джейнет Роксбраф-Тег. Мать Майлса Тега

Сломленный страхом перед лицеделами и вынуждаемый делать все, что они приказывали, Уксталь был отправлен на Тлейлакс с «важной миссией». Хрон, сохраняя на лице совершенно бесстрастное выражение, пояснил маленькому напуганному человечку, что «Досточтимые Матроны нашли в руинах Бандалонга нечто весьма для нас интересное. Нам нужна ваша экспертиза».

Священный Бандалонг! На мгновение благоговейный трепет затмил робость и страх. Уксталь слышал легенды об этом некогда величайшем городе, душе народа, но сам никогда там не был. Очень немногие из заблудших тлейлаксу пользовались доверием подозрительных старых Мастеров. Сам Уксталь всегда лелеял надежду совершить хадж в Бандалонг, святое паломничество. Правда, не так…

– Ч-что я могу сделать? – Заблудший тлейлаксу содрогался от одной мысли о том, что могут потребовать от него эти перевертыши, эти изменники лицеделы.

Прямо на его глазах они убили старейшину Бураха. Теперь они могут подменить любого члена Совета Старейшин! Каждое мгновение жизни превратилось для Уксталя в подлинный кошмар; он понимал, что любой из окружавших его людей мог на поверку оказаться поддельным. Уксталь вздрагивал и настораживался при каждом звуке, при каждом движении.

«Но все-таки я жив. – Он уцепился за эту спасительную мысль.