Наследник Каладана

Приходите на встречу один и лично, и я передам вам эти важные сведения. Вы найдете их весьма ценными».

Далее в неподписанном послании указывались конкретное время и место встречи. Барон несколько раз перечитал эти несколько строк на меланжевой бумаге, крутя в голове варианты. Затем вызвал Раббана, который тоже успел вернуться с Ланкивейла, и дал ему особое поручение.

Завершив серию пыток Гарни Холлика и возложив отныне эту работу на Питера де Врие, Раббан с энтузиазмом взялся за другое задание. К обычному подобострастию племянника добавилось самодовольство с тех пор, как он уничтожил производственную площадку Оргиз, но он переоценивал степень доверия барона.

Стоя в главном офисе, Раббан прочитал сообщение незнакомца, переданное ему дядюшкой и сморщил лоб, отчего тот стал похож на пустыню, испещренную оврагами.

– Ничего не понимаю! Производством в Оргизе никогда не управляли повстанцы!

– Мне это известно лучше всех – а значит, этот человек либо блефует, либо лжет, – сделал вывод барон. – Но, возможно, он действительно обладает информацией, которую нам нужно знать.

Отправляйся на встречу и схвати его, чтобы мы могли провести тщательный допрос. У тебя это хорошо получается.

Раббан ухмыльнулся:

– О да, дядя!

– Не причиняй серьезного вреда этому человеку, пока мы не узнаем, что он задумал. Он может оказаться шпионом или просто шарлатаном.

Племянник слегка разочарованно вздохнул, но удалился с решительным выражением на тупом лице.

Через два дня после назначенного времени встречи барон сидел в кабинете, просматривая отчеты об экспорте специи и производительности труда, но в ожидании почти не обращал внимания на цифры.

Услышав громкий шум в коридоре, он выпрямился в кресле и приготовился. Кряхтя, Раббан впихнул в дверь грязного пустынного оборванца. Включив антигравитационный пояс, барон поднялся из-за черного овального стола.

Серый халат пустынника знавал лучшие времена, но под ним виднелся хорошо обихоженный конденскостюм. Лицо пленника было худым и обветренным от постоянной нехватки влаги, а редкую бороду покрывала пыль.

Ярко-голубые глаза выдавали человека, всю жизнь употребляющего специю.

Раббан подтолкнул его вперед, как кукловод марионетку. Пленник проворчал:

– За что меня схватили? Вы же не знаете, кто я такой!

Барон постучал друг о друга подушечками сложенных пухлых пальцев:

– Это мы и намерены выяснить. Какое отношение ты имеешь к Союзу Благородных? Расскажи нам о незаконных операциях со специей.