Дюна: Пол

Вы же написали, например, что я родился на Каладане, а не на Кайтэйне. Так звучит лучше, не правда ли? Мы избежали ненужных осложнений, отсекли саму возможность неприятных вопросов и ненужных объяснений.

Она не смогла скрыть растерянность.

– Иногда истина чревата осложнениями.

– Да, это так.

– Но если я изложу в продолжении факты, противоречащие тому, что я написала в первом томе…

– То они это проглотят, поверьте мне.

Часть II

Юному Полу Атрейдесу двенадцать лет

10187 год эры Гильдии

Когда Полу Атрейдесу было двенадцать лет от роду, он едва не погиб в войне убийц, которую вели благородные Дома Атрейдесов, Икаца и Моритани.

Эти события ускорили возмужание юного герцога, подготовили его превращение из благородного юноши в истинного герцогского наследника, из обычного человека в почитаемого Муад’Диба. От окружавших его в те юные годы людей – друзей и предателей, героев и неудачников – научился он основам правления и осознанию последствий принятых решений.

На своем жизненном пути Пол столкнулся с ненавистью врагов, с которыми даже не был знаком. С момента своего рождения он оказался вовлеченным в сети мировой политики. Глаза его открылись, и он узрел огромную Империю, захватившую многие миры за пределами Каладана.

В юности он научился искусству вести свои собственные сражения, наблюдая за тем, как его отец реагирует на изменения ситуации. Герцог Лето Атрейдес был не из простых людей, поступки которых легко доступны пониманию.

Чтобы противостоять трагедиям, с которыми пришлось столкнуться Дому Атрейдесов, благородный герцог Лето закалил свой характер, как сталь. Своим характером он и прославился среди потомков. Он научился действовать, а не ждать, и только благодаря этому выжил.

Эта история начинается накануне пятого бракосочетания моего отца, в тот момент, когда казалось, что жизнь простерлась перед юным Полом Атрейдесом, как великое приключение.

    Принцесса Ирулан. Введение ко второму тому «Жизни Муад’Диба»

Жизнь лепит другую жизнь по своему образу. Каждое событие, каждая личность оставляет свой след как в мелких деталях, так и в более широких мазках полотна всемирной истории.