Дюна: Пол

Гарни увидел на поверхности безвольно болтавшееся тело человека, лицо его было в воде. Энно.

– Парни, вытаскивайте его из воды, живо!

Но фримены и сами-то едва держались на плаву. Один из новобранцев обхватил Энно за туловище, другие уцепились за руки и за ноги, но единственное, чего они добились – это еще глубже погрузили голову несчастного в воду.

– Идиоты, переверните его лицом вверх, чтобы он дышал!

Но поняв, что от фрименов толку не добьешься, он сам прыгнул в воду. Теплая, почти горячая вода обожгла растрескавшуюся на солнце кожу.

Подплыв к скоплению тел, он растолкал их в стороны, схватил Энно за ворот, перевернул его на спину и потащил к краю бассейна.

– Вызывайте врача, срочно! – крикнул Гарни, выплевывая воду изо рта.

Энно безвольно висел у него в руках. Он не дышал, губы молодого солдата были бледно-синюшные, кожа холодная и влажная, глаза закрыты. Неимоверным усилием Холлик поднял обмякшее тело и выкатил его на выложенный нагретой солнцем плиткой край бассейна.

С Энно, быстро высыхая, стекала вода.

Гарни знал что делать и не стал ждать помощи медиков. Он сжал ноги солдата и начал выполнять реанимационные действия, знакомые каждому каладанцу так же хорошо, как фрименам защитный пустынный костюм. Видя, что с товарищем приключилась беда, остальные новобранцы вперемешку выбрались из воды.

К тому времени, когда на место происшествия прибыл врач – пожилой человек с припухшими глазами, – Гарни своими усилиями уже успел вернуть молодого человека к жизни.

Энно закашлялся, потом его вырвало водой. Врач, уважительно посмотрев на Гарни, впрыснул Энно какой-то стимулятор и завернул его в теплое одеяло, чтобы уберечь от шока.

Немного помедлив, Энно сбросил с себя одеяло, с трудом сел и огляделся остекленевшими глазами. Слабо улыбнувшись, он поднял руку и разжал ладонь. На ней поблескивала скользкая от воды золотая монета.

– Как вы приказали, командир. – Он удивленно потрогал свои мокрые волосы. – Я жив?

– Теперь да, – ответил Гарни.

 – Тебя оживили.

– Я умер оттого, что было слишком много воды. Воистину, я благословен изобилием!

Фрименские новобранцы за его спиной о чем-то почтительно зашептались. Утонувший фримен!

Их реакция привела Гарни в смущение. Этот духовный народ был равно непостижим и достоин трепетного восхищения. Многие сектантские группы последователей религии Муад’Диба заимствовали догматы фрименского мистицизма; были среди этих групп и почитатели культа воды.