После того… Роман-демотиватор

И хрычи, конечно же, понимали, что сей фрукт себе на уме, хотя и считали сие простительным, в силу молодых, а потому, ещё незрелых, устремлений, которые, в свою очередь, вызывали желание опекать и направлять…

Когда дело касалось какой-то, даже маломальской, выгоды, Сандалетов становился чрезвычайно деятельным, как клоп учуявший запах крови. Попасться Сандалетову со шнапсом Гарик не хотел – пришлось бы откупаться от комсорга той самой бутылкой шнапса или деньгами, в противном случае, грозило выселение из общаги за подобное нарушение.

Так и есть – в дверь раздался чей-то стук, после чего Сандалетовский голос поинтересовался – дома ли Гарик. Не получив ответа, комсорг немного потоптался у двери и отправился искать новую жертву, что будет менее осторожна, нежели Сева. Гарик облегченно вздохнул и, нарезав лимончик, откупорил бутылку. Однако, вместо шнапса из бутылки появился сизый дымок, из клубов которого перед Севой возник… Самый настоящий джин!.

Гарик с изумлением смотрел на материализующегося джина и, когда тот обрел уже вполне осязаемую плоть, заикаясь от волнения, спросил:

– Эээээ… Вы, извиняюсь, джин?..

Полностью обросшее густой, чёрной шерстью существо с большим, белым, похожим на сердце, пятном на груди и шее, стояло, разминая отёкшие, от долгого сидения в тесной таре, конечности. Оно с удивлением и уважением разглядывало развешанные на стене плакаты с изображением титькастых Сабрины и Саманты Фокс и Шварценеггера, незаметным движением сравнив свой бицепс с Арнольдовым.

– Я что – похож на джина? – спросило, мило оскалившись, существо из бутылки.

– Вообще-то я никогда не видел джинов, но ты не похож… – Гарик смолк, чтобы подобрать слово. – Как бы сказать… вроде бы на чёрта, что ли…

– А ты что – раньше видел чертей? – рассмеялось существо.

– Нет, не видел…

– В некотором смысле ты прав, я не джин… и даже не вискарик!.. – хохотнул, довольный своей шуткой, не джин и представился: – Хасан Абд Рахмани ибн Ха-Топа… из тех, кого вы называете чертями.

– Как-как?.. – переспросил Гарик, продолжая воспринимать существо за джина, ибо для него не было никакой существенной разницы между чертом и джином.

– Ха-Топа, говорю… – повторил чёрт.

– Ааааа… Старик Хаттопыч, что ли?..