Стоящие свыше. Часть VII. Полутысячелетняя дань

Было бы жестоко отнести девочку в спальню, но его вдруг смутила ее безобразная арестантская рубаха – как он раньше не подумал, что о девочке тоже надо позаботиться?

Экономка, застывшая на стуле возле постели Желтого Линя, поднялась им навстречу, на лице ее не было ни вопроса, ни удивления, хотя шум на улице не стихал.

– Нельзя ли приготовить девочке ванну? – спросил Крапа – он всегда побаивался своей экономки.

– Разумеется, – ответила та, и по глазам было видно: ее удивляет, почему Крапа не отдал этого распоряжения раньше.

– И… если возможно… нет ли у тебя чистых чулок и какой-нибудь обуви, подходящей по размеру?

– Найдется. И чистая рубаха, и несколько юбок. – Крапе показалось, что экономка прячет улыбку. – И я думаю, что спать на полу, пусть и на перинах, молодой знатной девушке не пристало.

– Я вовсе не знатная девушка… – слабо улыбнулась Спаска. – Я ею только притворяюсь.

– Уж я-то отличу простолюдинку от знатной особы… – проворчала экономка, выходя.

Крапа усадил Спаску в кресло и придвинул его поближе к постели, чтобы она не выворачивала шею, стараясь взглянуть на Желтого Линя, – тот дремал, и дыхание его было спокойным.

– Я хотел спросить тебя, – начал Крапа вполголоса.

– Да? – Она повернула к нему голову.

– Как ты догадалась, что вместо ветра можно превращать энергию в… «невидимый камень»?

– Это Волче придумал называть удар чудотвора невидимым камнем… – Она улыбнулась и с нежностью посмотрела на постель.

– Откуда ты знаешь? – удивился Красен.

– Мне рассказал Славуш. Это он научил меня кидать «невидимые камни». – Спаска вдруг взглянула на Красена с недоверием. – Вы ведь не выдадите его, правда? В замке никто не знает, что он… чудотвор, только я. Еще Свитко знал, но он умер.

Крапа сначала не понял ни ее вопроса, ни ее недоверия, предполагая, что Сребряну все равно, выдаст его Крапа или нет. И только подумав немного, догадался…

– Еще татка знает, – добавила Спаска. – Давно уже. Ему Волче рассказал про невидимый камень, и татка догадался.

– Он… жив? Славуш жив?

– Да. Но он не может ходить, у него позвоночник перебит… Милуш ничего не смог сделать.

– Вот как? – Крапа опустил голову, не зная, радоваться ли этому известию. – Я этого не знал.

И когда же это Желтый Линь рассказал Живущему в двух мирах о «невидимом камне» Праты Сребряна? Неужели они знакомы так давно?

Экономка вскоре увела Спаску купаться, и Крапа пересел в кресло возле кровати.