Стоящие свыше. Часть V. Абсолютный враг

А теперь расскажи мне, чего Красен не велел вставлять в отчет…

– Вчера он встречался с Государем и не хотел, чтобы об этом кто-то знал. Я не присутствовал на этой встрече, но знаю, что Красен хотел с ним помириться.

– А раньше? Удалось ли тебе узнать что-то, что Красен хотел от тебя скрыть?

– Если вы о покушении – нет, я ничего об этом не знал. Красен знал, теперь я уверен, но он ни с кем этого не обсуждал.

– Почему ты уверен, что он знал об этом заранее?

– Потому что он не удивился, когда это произошло.

– Вот как. И не удивился тому, что покушение провалилось?

– Над этим он посмеялся, но не обрадовался и не расстроился. Мне показалось, что он не знал о провале заранее, но ничего против него не имел.

– Посмеялся, значит… – Лицо Огненного Сокола перекосилось. – Скажи, а ты знаешь почерк секретаря третьего легата?

– Да, конечно. В канцелярии я часто работаю с его документами.

– А подделать его ты мог бы?

– Конечно. По памяти вряд ли, нужно иметь перед глазами образец. И не три слова, а страницу хотя бы.

Глупо было отказываться – все знают, что Волчок может подделать любой почерк. Значит, Огненный Сокол знает о записке Государю. И знает даже, чьим почерком она написана. После секретаря третьего легата Волчок будет следующим подозреваемым.

– Я воспользуюсь этим, если понадобится… – Огненный Сокол кивнул. Значит, подозревает. Он всегда и всех подозревает, а теперь у него гораздо больше причин подозревать именно Волчка. И, конечно, можно было воспользоваться любезным предложением Красена выдать его при случае, но Волчок посчитал, что случай пока не наступил.

А то, что он соврал Огненному Соколу, нестрашно. За это не обвинят в измене: Красен не только обладает властью, не только имеет бумагу, по которой его приказ может оспорить лишь Стоящий Свыше, – он чудотвор, почему бы простому гвардейцу не исполнить волю чудотвора из любви к Предвечному?

Мамонька поставила перед Волчком миску наваристого рассольника – он взялся за кусок хлеба, пристально глядя, чем она отвечает на взгляды Огненного Сокола.

– Что смотришь недовольно? – улыбнулся Огненный Сокол, когда мамонька скрылась в кухне. – Жалко тебе? Или, может, ты ревнуешь?

– Она на мать мою похожа. Мне это… неприятно.