Стоящие свыше. Часть IV. Пределы абсолюта

– Да, я это понял.

– Я надеюсь на твою сообразительность и благоразумие.

– Хорошо, профессор. Я буду сообразительным и благоразумным.

Через полчаса Йока изрядно притомился, и на веслах его сменил Змай – Важан сказал, что Вечному Бродяге нужна разминка – полная выкладка ему еще предстоит. Но вскоре, оглядевшись по сторонам, Цапа велел сушить весла и включил мотор: взвыли магнитные камни, и вспенилась вода за кормой.

– Так-то повеселей будет. – Цапа подмигнул Йоке.

– А… А зачем мы гребли столько времени?

– Здесь уже нет жилья, и нас никто не услышит, – ответил за Цапу Важан.

Сажица нырнула в Беспросветный лес, и сумерки майского вечера сменились ночной темнотой, но профессор невозмутимо поднял над кормой фонарь, в котором незамедлительно вспыхнул лунный камень.

– Йелен, ты умеешь зажигать лунные камни?

– Да, меня научил Мален.

– Сегодня ты будешь учиться одновременно вбирать в себя энергию, отдавать и держать горящим лунный камень. Сложней всего для тебя будет не зажечь при этом все лунные камни в Славлене.

Чем выше по течению они поднимались, тем быстрей навстречу бежала вода, и вскоре Цапа направил лодку к берегу.

– Дальше мы пойдем пешком, господин Йелен.

И только тут Йока разглядел, что вдоль берега тянется длинный плавучий причал, к которому привязано несколько десятков лодок! Сколько же на этом тайном ночном празднике будет людей? И дальше вдоль реки вела не тропинка даже – целая дорога…

– Профессор, и что, чудотворы не знают, что здесь бывает сразу столько мрачунов? – спросил он, не выдержав.

– Отчего же, знают. Они не идиоты.

– А… почему они тогда не арестуют вас?

– А какой им в этом смысл? В последние лет тридцать чудотворы ценят мрачунов, ведь мы сбрасываем энергию в Исподний мир.

– Но ведь по закону…

– Йелен, не будь ребенком. Жесткие законы и общественное мнение позволяют контролировать мрачунов. А также расправляться с неудобными и неугодными.

– Профессор, подобными разговорами вы травмируете ребенка, – улыбнулся Цапа.

– Иллюзии вредны в любом возрасте, а идеалы на иллюзиях не строят, – отрезал профессор.

Сначала дорогу им освещал лунный камень в руках Важана, но вскоре появилось множество фонарей, укрепленных на стволах деревьев, – и стало светло почти как на ночных улицах Славлены, только в Славлене горели солнечные камни, а здесь – лунные.