Заветная мечта

К сожалению, все вышло из-под контроля, когда они с Лайлой оказались наедине, и Зейн поцеловал ее. За поцелуем последовал другой, разжигая огонь, который чуть было не поглотил их. То, что его раздражал деловой подход Лайлы к браку, и то, что она отличалась от других женщин, делало воспоминания о его ошибке еще более мучительными.

Если бы его предыдущая ассистентка не нашла их в самый ответственный момент, он бы совершил еще более ужасную ошибку.

Лукас, пройдя за Зейном на кухню, написал на визитке номер и оставил ее на столике.

– Лайла согласилась быть со мной на свадьбе Константина. Через пару часов я улетаю на Мединос. Я собирался организовать ее вылет за день до свадьбы, но раз ты здесь… – Он нахмурился. – Кстати, а почему ты здесь? Я думал, ты поглощен переговорами.

– Я взял пару дней отсрочки.

Лукас пожал плечами и открыл холодильник. На полках лежали свежие фрукты, сыр, паштет и соки. Зейн отметил, что там была клубника в шоколаде.

– Неплохой ход. – Лукас рассматривал бутылку дорогого французского шампанского.

Конечно, он слишком занят женщинами, чтобы думать о еде. Зейн слышал, что у Лукаса безумный роман с Карлой Амбрози, сестрой невесты их брата Константина и сотрудницей по связям с общественностью в компании Амбрози.

– Устрицы. – Лукас удивленно поднял брови. – У тебя кто-то есть?

Зейн угрюмо посмотрел на блюдо с устрицами, лимоном и солью.

– Насколько я знаю, нет.

Если только его помощница не сделала каких-то распоряжений. Если она помогала Лукасу в свой обеденный перерыв, от нее можно ожидать чего угодно.

– Угощайся.

«Моя девушка». Мысль вынырнула из подсознания и укрепилась в мозгу. Никакие доводы не действовали на него. Особенно когда речь шла о Лайле.

С девяти лет отношения для Зейна составляли трудности. После того как его экстравагантная мать столько раз бросала его ради очередного брака, он окончательно разучился верить женщинам, особенно охотящимся за богатыми мужьями.

Лукас взял тарелку с клубникой и съел одну ягоду.

– Тебя не волнует, что Лайла – охотница за состоятельным мужем? – спросил Зейн.

На лице Лукаса появилось странное выражение.

– Вообще я уважаю ее за прямоту. Это освежает.

Несмотря на попытки расслабиться, пальцы Зейна сжались в кулак.

«Значит, Лукас тоже очарован ею», – подумал он.