Хвоя

Ситуацию спасает Кая:

? Ты можешь посмотреть содержимое, главное, помни, что пакет значительно ценнее.

Парень заглядывает внутрь упаковки – туда помещен комок нарядной ткани. Им оказываются шаровары в стремительных узорах, которые носили, быть может, вольные артисты. Дементия передергивает от мысли мерить штаны сомнительного происхождения, и он изобретает хитрый маневр:

? Не могу принять этот ценный дар, но благодарю от всей души, – Дементий слегка наклоняет голову, Кая закатывает глаза. – Если вы считаете меня достойным такого подарка и не примете отказа, то мой долг сохранить его.

Не смею опошлять утилитаристкам отношением. Буду носить его при себе и сохраню на всю жизнь в родном мире. Замолчав, он аккуратно пихает шаровары обратно в пакет.

? Нье понравилысь штанцы, – заключает Билл.

Дементий сокрушенно вздыхает, Кая ухмыляется. Костер выплевывает сноп искр.

? Нет, еще как понравились, просто он хочет их постирать… то есть… прополоскать, – находится Мана, иллюстрируя процесс жестами.

Кая с интересом ждет реакцию енотов. Обнаружат ли хитрость? – Видите, он в речной сетке, она была чужая, и он ее полоскал, когда мы с ним встретились, это обряд, – значительно тише заключает она, опустив взгляд.

Стоило Мане утихнуть, срывается Ленточка. Подпрыгнув, она лихо выбивает пакет из рук парня, хватает зубами штаны и бежит на четырех лапах, мелькая спинкой. Это происходит слишком внезапно – енотку долго ловят. «Ветоши как у деда в гараже» думает Дементий. Заканчивается тем, что Кая тормозит ребенка, наступая на ткань, тут же сгребает енотку.

Ленточка отчаянно скулит.

? Ну, тише, ты ведь уже большая Лента, чтобы царапаться, – сдавленно произносит Кая, сдерживая бомбардировку постепенно утихающими укусами и пинками. Дикси заключает обиженного ребенка, а заодно и девушку, в объятия. Братва облегченно вздыхает.

***

Светловолосый парень, завернутый в рыболовную сеть, сидит на корточках у входа в пещеру и угрюмо полощет дарственные штаны в корыте, которое ему притащили по поимке Ленточки.

Закатные лучи подмигивают из воды персиковым отблеском и беззаботно целуют его щеки, волосы и шею.

Рассматривая членов братвы со странными именами, он не перестает ломать голову, всерьез они приняли слова Маны или смеются над ним, то и дело поворачиваясь? «Они присматриваются ко мне. Ясное дело, смеются – и продолжают изучать. Я тоже не знаю, можно ли им доверять. Дикие нравы. Но пока все спокойно.