Замуж за турка. Книга первая

Останавливаясь у зеркал, она подолгу разглядывала своё отражения. Что-то неуловимо изменилось в ней и отражения стали к ней снисходительными. Она будто взяла в свои руки дирижерскую палочку, всё спорилось, а предметы безропотно покорялись её воле.

– Закипай! – велела пузатому чайнику Наташа, и он моментально разродился белыми клубами пара.

– Геркулес! – командовала Наташа, и из множества других бросилась в её руки нужная склянка.

Кинув придирчивый взгляд на произведенные изменения, оценив сервировку стола, разгладив последнюю морщинку на скатерти, Наташа вошла в спальню.

– Проснись! – подумала Наташа, и возлюбленный открыл глаза.

В первые секунды после пробуждения он озабоченно смотрел в потолок. Затем, почувствовав её взгляд, он повернулся, увидел Наташу и улыбнулся.

– Гюн айдын, жаным[8 - Доброе утро, душа моя]! – сказал он сонным голосом.

– Привет! Пойдём завтракать, – улыбнувшись, сказала она и указала рукой в направлении кухни.

Эмре нахмурил брови, силясь понять незнакомую речь, и Наташа изобразила движения человека, поглощающего ложкой суп.

– А-а-а – заулыбался Эмрэ и, одобрительно кивнув, добавил ещё одно неизвестное Наташе слово, – Тамам[9 - Хорошо]!

– Интересно, – думала она, – он пойдёт в душ или сразу на кухню? И как сказать по-турецки «душ»? А как показать?

Эмрэ направился в душ. Наташа торжествующе улыбалась.

– Старая дева, – подшутило над ней отражение.

– Сама такая, – смеясь, ответила Наташа…

Скрестив руки на груди, Эмрэ стоял в центре гостиной и разглядывал развешанные на стенах фотографии.

– Да, моя, – утвердительно закивала головой Наташа, – Это моя дочь Таня, – тщательно артикулируя, громко сказала она, – А это мои внуки, Катюша и Егорка.

Затем, повинуясь какому-то странному и глупому порыву, Наташа сделала рукой указующий жест в направлении стены и произнесла ещё громче:

– Они в Москве живут, – и добавила, – Ту-ту…

– Йок, – грустно сказал Эмрэ, ткнув большим пальцем в свою грудь.

«Йок» по-турецки означало «нет», это слово Наташа запомнила одним из первых, когда там, в ресторане, Мехмет преподал им со Светой короткий курс турецкого языка.

– В каком смысле «йок»? У тебя нет детей? Или у тебя нет дочери? А жена у тебя есть?

Эмре улыбнулся, пожал плечами и повторил:

– Йок.