Синтез

После закрыла глаза, подняла голову и сказала уже громче:

– До встречи…

Проигнорировав подошедшего официанта, Максим вот уже несколько минут сидел за столиком, не отрывая взгляда от верхушки башни, что возвышалась над нагромождением крыш домов. Ему, во что бы то ни стало, захотелось узнать, что это такое. За соседним столиком сидели, беседуя, двое контрастных, как подумал Максим, приятеля. Один из них был пожилой чернокожий мужчина, второй «ярко выраженный бледнолицый» блондин, который уже несколько раз кидал на Максима пронзительный взгляд своих голубых глаз.

– Прошу прощения, не могли бы вы мне подсказать, что это за башня виднеется вон там? Я тут впервые, – неожиданно для самого себя обратился к ним Максим.

Симба и Гашек посмотрели в указанном им направлении.

– Это… – начал было Симба.

– Это музей, – перебил его Ян. – Раньше это был санаторий. Лечебное заведение строгого режима.

– Это как? – спросил Максим.

– Курс лечения для тех, кого туда помещали, мог длиться бесконечно, то есть пожизненно, и это в лучшем случае… Больше везло тем…

– Ян, – остановил его Симба, – не морочь человеку голову.

Молодой человек, а вы издалека? Впервые в Центре?

– Впервые, в общем-то. Так всё-таки, что это?

– Странно, почему из всех прелестей города ваше внимание привлекла именно эта? – поинтересовался Гашек.

– Да меня много что привлекло, просто, эта башня, она как-то… не знаю, выделилась.

– А из каких вы мест, можно поинтересоваться?

– Ян, ну, что ты пристал?

– Я думаю, вы никогда о таких местах не слышали, – ответил Максим.

– То есть?– не унимался Гашек.

– Я издалека, – вставил Максим.

– И как вам тут?

– Интересно, – ответил Максим. – И всё-таки, вы мне скажете, что это за башня?

– Это городская тюрьма, – отрезал Ян.

– Тюрьма, – повторил за ним Максим и тут же встал. Не сказав ни слова, он вышел из кафе.

– Странный он, – мрачно заключил Гашек.

По пути в гостиницу Максим ещё раз решил попробовать воспринимать всё, как обыденные моменты и не задумываться о возникающих нестандартных, если так можно их назвать, явлениях.

Не дойдя ста метров до входа в отель, он услышал, как кто-то выкрикнул его имя. Он обернулся и увидел того самого писателя-философа, что был с Полански в кафе. Антонио Маркес махал Максиму, подзывая его к себе. Маркес сидел за столиком в летнем кафе, почти напротив «Пингвина». «Он что, из-за стола не вылезает?» – подумал Максим, подходя.