Синтез

Далее, после непродолжительных поисков он забрел в ложу бенуара, куда у него было два билета, уронил своё тело в мягкое кресло и через пять минут после начала спектакля благополучно заснул. Он бы так и провел вечер, никого не побеспокоив (благо он не храпел), если бы не антракт, который он принял за окончание спектакля и, как только увидел, что зрители начали покидать зал, выполз из своего убежища и тут же натолкнулся на две симпатичные пары. Это были Маргарита с Ренатом и Сандра с Риком. Сандра мгновенно заметила веселое состояние Максима и шепнула об этом Рите.

– Да вы, – начал он, – как бы это сказать…

– Наше благородие нарезались, – помог ему Максим.

– Рита, а в том месте, откуда вы прибыли, все мужчины такие весёлые? – продолжил Ренат, вонзив свой взгляд в Максима. Он ждал ответной реакции, но Максим только глупо улыбался, обводя окружающих таким же глупым взглядом.

Тут Максиму захотелось совершить что-нибудь совершенно нелепое, настолько нелепое, насколько он был в данный момент способен.

– Большое спасибо, – пробормотал Максим. – Шампанское дамам и… – Он схватил один бокал, осушил его, схватил второй, сотворил с ним то же самое. Отдышавшись, он спросил: – А виски у вас есть?

– Хам! – воскликнул Ренат.

Маргарите было стыдно за то место, откуда они прибыли.

Неизвестно чем бы это всё закончилось, если бы два охранника не подхватили Максима под руки и не вынесли его за пределы театра.

Секретарь директора МГБ, положив телефонную трубку, улыбнулся и прикурил.

– День бессмысленного наблюдения закончен?

Было Максиму стыдно? Было. Конечно не так, как ему будет стыдно завтра, но стоя на углу дома, куда его оттранспортировали, он с сожалением смотрел в сторону театра, силясь понять, для чего он это всё затеял. Рядом стояла лавка. Стараясь не промахнуться, Максим сел, достал пачку сигарет и, выудив оттуда последнюю сигарету, прикурил.

«Печально, – подумал Максим и принялся осматривать окрестности, стараясь обнаружить табачный киоск. Его взгляд не встретил ничего подходящего. Выход был один, и прийти он мог только в голову человека, находящегося в той степени опьянения, в которой и пребывал Максим – достать сигарету из урны. – Кажется, я совсем плох».