Закат Эллурма

– Папа, папа, а можно я назову тигра Раджа? Как в той книге, что ты мне читал на ночь?

Рафаэль устало улыбнулся, а Имдин с разбега прыгнул на бок Рафанскому тигру и, ухватившись маленькими кулачками за белоснежную шкуру, взобрался на спину свирепому хищнику. Тигр недовольно рыкнул, но даже не подумал сбросить новоявленного наездника.

– Я подумаю, сынок, – ответил император.

– Ваше Сиятельство, вам необходимо поесть, хотя бы перекусить! – причитал камердинер императора.

– Нет, – в который раз отказался Рафаэль.

Император почти не ел, спал урывками и всё время спрашивал о сестре. Имя Союзнику так и не дали, по обычаю его огласят в конце турнира.

– Господин, вам необходимо набраться сил, завтра вечером вам предстоит присутствовать на первой схватке в честь обретения вашим Сиятельством Союзника и нельзя появляться там таким ослабленным и измождённым! А прямо сейчас вашей аудиенции требуют два высокопоставленных представителя аристократии.

– Прямо требуют?! – Рафаэль нахмурился, черты лица его заострились, и теперь его профиль чем-то напоминал птичий.

Это выражение не предвещало ничего хорошего.

– Да, господин, требуют. У главы клана Сверкающего клинка убили наследника, на одной из арен Гердании. А у второго пропала фамильная рапира, которая, к слову, и была в руках молодого аристократа, убитого на злосчастной арене. То есть, клинок не пропал, а был выпит прямо на арене…

– Хорошо… – с неохотой согласился император.

Рафаэль коснулся «Глаза Ворона», от амулета по коже императора побежали фиолетовые прожилки прямо к сердцу.

«А иначе я просто не смогу их всех выслушать! Рэм, где ты? Где же ты, сестра? Я чувствую, что-то случилось, что-то страшное… Но ты всё ещё жива! Я знаю, ты жива…»

Мир для императора медленно терял краски, картины героев прошлого и прекрасных дам, что висели на стенах, золотая лепнина на потолке, мебель из красных и бордовых сортов дерева – всё становилось серым, чёрным, бесцветным. Запахи, исходившие от растений и цветов, что росли повсюду, потеряли аромат.

Волна безразличия накатывала постепенно, как прилив. Когда действие амулета достигло своего пика, сама жизнь стала чёрно-белой. Император поднялся из кресла и зашагал в сторону приёмного зала, тигр следовал за ним, а вот сына Рафаэль снял со спины Союзника и оставил в покоях.

– Но папа! – запротестовал Имдин.

– Ты ещё слишком мал, – отрезал Рафаэль.

Император вошёл в приёмный зал и сразу же проследовал к трону.