Закат Эллурма

Запах сырости и звериной шерсти ударил в нос, глаза слиплись и не могли толком сфокусироваться. В уже знакомом хлеву кто-то копошился, астроном растёр левый глаз правой рукой. Когда Олег разобрал, кто с ним находится под одной крышей, то сразу же присел и отодвинулся подальше. Всё недовольство болезненным состоянием тела и жаждой ушли далеко на второй план. Олег упёрся спиной в деревянную стену и застыл неподвижно.

«Медведь, твою мать! Откуда здесь медведь?»

Потапыч грыз здоровенную голень, половина уже оказалась съедена, а вторую, которая всё ещё могла похвастаться мясом, медведь вертел в лапах, старательно отрывая от белой кости алое мясо.

У Олега заболел низ живота и очень захотелось отлить, он еле сдержался, чтобы не сделать это прямо в штаны. А в следующий миг в его голове зазвучал басовитый голос:

– А проснулся, ну и здоров же ты дрыхнуть!

Медведь будто тоже услышал слова, развернулся и направился прямиком к астроному.

– Помогите! Спасите, медведь! – в голос завопил Олег.

– Да не шуми ты так! Не у тебя одного голова болит.

Я и есть твой Союзник, мы урсы или медведи, но здесь нас так редко называют, – медведь остановился, наклонил голову набок и попытался изобразить улыбку, вышло так себе.

Только сейчас Олег обратил внимание на глаз, который всё ещё уходил немного вниз, да и бурый мех показался знакомым. Только в размере урса прибавил раз в пять, если не в семь.

«Самый натуральный медведь!»

– Ты мой Союзник? – астроном начал приходить в себя.

– Ага, но говорить не мог из-за скверны, вернее, ты мог меня слышать, только когда я испытывал сильные эмоции.

А как ты схватил то оружие на арене и выпил его, так эфир и смыл все нечистоты с тебя и меня!

– Выпил? – Олег решил уточнить, правильно ли он понял слово.

– Именно, дарсуны по чуть-чуть всю жизнь вливают в оружие эфир и, когда нужно, пользуются. А этот аристократишка взял фамильный клинок, он наверняка шестого или седьмого предела был, наверно хотел выпендриться перед такими же, как он сам, юнцами… – урса сморщил нос, и Олег почувствовал волну лёгкого презрения, – Но нам это сыграло на лапу, всю грязь смыл артефакт и ещё осталось на то, чтобы предел четвёртый поднять.

– Я ничего не понял, как ты со мной разговариваешь? Так могут все Союзники?

– Нет, это редкость, ментальная связь – дар, доступный далеко не всем. Ладно, слушай, я знаю, что ты не тот, с кем я заключил союз. Тот парень умер, и я чуть не умер вместе с ним, когда в его тело попал ты.