Гетратоникс. Хроники Эльзы и Габриэля

Остимгорн, оттуда только что вернулся Велингор, значит, адепт цепи Равновесия задумал что-то против его повелителя, уже бывшего конечно. Но это не важно, он служит Тёмной империи, и его службу никто не отменял. Впрочем, возможно, сведенья окажутся столь важными, что ему Фриду сделают поблажку и оставят жизнь?! Фрид отвёл взгляд, повернулся боком и продолжил внимательно слушать.

– Ещё раз как ты сказал, называется та таверна? – вмешался в разговор Кхель

– Кровавое месиво, это без всякого преувеличения лучшая таверна столицы!

– Да, а название ничем не лучше, чем у этого… – Эльза обвела взглядом всё вокруг

– Кх.

Эльза то и дело ловила на себе взгляд того самого квадратного орка, но сейчас это уже переходило всякие пределы. Орк откровенно пялился, а когда Эльза посмотрела на него в очередной раз, попытался улыбнуться. Вместо, улыбки вышел угрожающий оскал, кривые, коричневые кое-где сломанные зубы вызвали в Эльзе отвращение, и она отвела взгляд.

– Доблестный гном здравия, и чтобы кирка всегда была острой, а добыча богатой! – поприветствовал орк Глорина, стандартной для гномов присказкой-приветствием. Орки и гномы не любили друг друга и такое обращение говорило об уважение и знание традиций гномов, этим самым орком.

– Спасибо за добрые слова, славный орк! – Глорин посмотрел на подошедшего в недоумении.

– Я вижу уважаемый, вы с рабыней. Все дело в том… Что я любитель, кхм… – орк немного замялся, – Я предпочитаю эльфийских, а за их отсутствием, человеческих женщин. Пристрастился на войне, знаете ли…

Лицо Кхеля побледнело, костяшки пальцев сжались добела, из-под ритуального кольца тонкой струйкой побежала кровь, он уже понял, к чему ведёт орк.

Эльза было открыла рот, но Глорин поднял руку и остановил её:

– Помолчи рабыня! Я сам, улажу вопрос, – успокаивающе сказал гном.

– Золотая марка, достойная плата за ночь с рабыней. Вот вам моё предложение достойный гном! – продолжил орк

– Нет! Мне она нужна в девственном виде и никак по-другому! – отрезал Глорин

Лицо Эльзы пылало, её пытались одолжить на ночь, да не кто иной, как старый мерзкий орк. Всё это происходило на глазах у Кхеля, и она сдержалась только в надежде на Глорина.