Алмаз бриллианту не судья

Уверенно и быстро, так, что сопровождавший его сержант еле поспевал, шагая по платформе, Рогов старался больше не задавать себе вопроса, правильно ли он поступил, оставив подчиненных на вокзале. Но в разработанном им в деталях плане остановка поезда так близко от вокзала не была предусмотрена, и он, опустив голову и придерживая рукой низко надвинутую на брови фуражку, чтобы ее не сорвало встречным ветром, упрямо продвигался вперед.

– Товарищ майор! – громко воскликнул Волохов, показывая рукой вниз. – Там кто-то есть.

Да нет, не там, впереди. Под платформу шмыгнул. Я сейчас.

Будто снесенный порывом ветра, он слетел на блестевшие в свете фонарей рельсы.

– Стоять! – раздалось оттуда.

Рогов спрыгнул с платформы, в спешке споткнулся об рельс и грохнулся на шпалы. Выругавшись сквозь зубы, стиснутые от боли в левой руке, которую во время падения неловко подвернул под себя, он потянулся правой за пазуху, где в скрытно носимой кобуре носил пистолет. Но его вмешательства не потребовалось. Когда Рогов поднялся на ноги, сержант уже вытаскивал из-под платформы какого-то мужчину в светлом пальто и с дорожной сумкой в руках

– Какого черта? Что вы здесь устроили? Из вагона не выйдешь, – возмущенно выкрикнул тот на одном дыхании, пытаясь вырваться из рук сержанта.

 – Совсем охренели? Чего надо?

– Спокойно, гражданин. Как вы здесь оказались? – строго, но миролюбиво спросил Рогов.

– Как-как? – сразу остывая от возмущения, переспросил мужчина. – Из вагона, вот как. Полчаса уже стоим.

Вы знаете, что там творится? Люди одетые, дышать нечем, детей полно.

– Знаем, знаем. Да ничего поделать не можем. Придется подождать. Я вас прошу вернуться в вагон. На вокзал сейчас нельзя.

– Еще чего? Ишь ты, в вагон. Сам иди и объясни людям, почему их, как зэков держат взаперти. Они на вас такую телегу накатают, мало не покажется. Ладно, я пошел, а вы тут сами разбирайтесь.

– Никуда ты, Стрельников, не пойдешь. Давай по-хорошему, – добавляя стали в голос и стараясь придать ему как можно больше категоричности, произнес Рогов.

И не дергайся, буду стрелять. Надень на него наручники, – обратился он к опешившему от неожиданного поворота дела сержанту. – Надевай, надевай, не стесняйся.

Он уже держал перед собой пистолет, наведенный в грудь задержанного.

– Ты чего, с ума скакнул? С какого… бодуна наручники? Служить надоело? Так напиши рапорт.

– С такого, что по твоей статье досрочно не освобождают. А ты еще и трех месяцев не отсидел.