Серый Кардинал

Откуда-то издалека до него донесся крик, полный отчаяния. Юноша выскочил из залы бегом, забыв о крыльях, направился по направлению звука. У тела уже не молодой эльфийки сидела Аданиэль. Ее била мелкая дрожь, по щекам текли слезы. Кербин подошел к ней, сжал плечо. Он сразу понял, последствия чьего заклинания он видит. Его собственного.

– Прости – сказал он, – Прости. Я переборщил.

– Прости?! – вскричала Аданиэль,

– Прости – это все, что ты можешь мне сказать? Ты убил единственного близкого мне человека!

– Я сожалею – ответил он, отрешённо.

– Ах, он сожалеет!! – с этими словами она оттолкнула его и поплелась в другую сторону, не разбирая дороги.

Он еще долго смотрел вслед уходящей эльфийки. Затем что-то заставило его ринутся в конюшню и, обнаружив там своего коня, рысью поскакать в сторону замка Наитреев. Но вместо замка он обнаружил пепелище. Долго Кербин бродил средь обгоревших булыжников и выкрикивая лишь одно имя: "Жаклин!" Но отвечал ему лишь вой ветра да зловещая тишина. До него долетал запах горелого, но он изо всех сил не обращал на него внимания, пока не наткнулся на труп, труп девушки.

Опустился на колено, осмотрел обгоревшие останки, с надеждой прошептал заклинание призыва. Через минуту над телом появилось голубоватое сияние, обретающее очертания. Очертания молодой девушки. Кербин узнал ее и отскочил, не веря своим глазам. Перед ним, над землёй, парил призрак Жаклин Наирте.

– Нет… Жаклин, нет… это не можешь быть ты – залепетал Кербин, пятясь.

– Может.

Я умерла. Меня больше нет – ответил призрак.

– Нет! Это не можешь быть ты. Ты жива. Я знаю. Я чувствую… – Кербин чуть не срывался на крик.

– Я жива в твоём сердце, но не в этом мире – умиротворённо ответил призрак. – Отпусти меня.

– Нет! – пот струился по его лицу, его била лихорадка. Его мозг просто отказывался верить и принимать информацию.

– Ты должен, ибо знаешь, во что превращается не прощённый – настаивала Жаклин.

– Должен… но не могу… я не могу тебя отпустить – сказал он, задыхаясь.

Легкие горели огнём, сердце было готово выпрыгнуть из груди.

– Отпусти меня… – умоляла Жаклин, – Направь к свету…

– Тьма есть свет, а из тьмы льётся свет – сказал Кербин, но это был не он. Это был Валакар.

Призрак Жаклин растворился в воздухе с умиротворённой улыбкой.

– Нет! – выкрикнул Кербин и от понимания собственной беспомощности, ударил кулаком в кожаной перчатке по ближайшему булыжнику. Тот рассыпался на мелкие кусочки.