Поле Маомы

Александру показалось, что он сейчас либо умрет, что его совершенно не пугало, а, напротив, вызывало некое азартное любопытство: что же будет дальше, либо проснется как обычно…

–– Просыпайтесь, Александр Григорьевич, – как-то невероятно буднично сказал-скомандовал Алха, и Бельский проснулся. Проснулся так, будто и не спал вовсе, а лежал в полудреме с закрытыми глазами и фантазировал весь свой только что оборвавшийся сон, как и все подобные.

Он, не открывая глаз, подумал только о том, что жена Алла еще спит в своей спальне их большого уютного дома на втором этаже, что её будильник выставлен на 7-00, а его, Бельского, на 6-00, но он пока молчит.

Значит, время по внутреннему ощущению и пробивающемуся через жалюзи свету где-то часов около пяти. И все, кроме него, в доме спят.

«Интересно, – подумал Александр, – он что, здесь еще?»

В голове промелькнуло: «Здесь». Появилась назойливая мысль: попробовать снова погрузиться в сон… или всё-таки открыть глаза?

В комнате было тихо.

Так бывает глубокой ночью или ранним утром. Нет, скорее утром. Доносилось птичье пенье и чириканье воробьев.

Бельский встал резко, в соответствии с выработанной долгими годами привычке, с хитрой улыбкой на лице и ожиданием чего-то очень веселого, радостного и непременно позитивного.

И уткнулся глаза в глаза в лысого карлика по имени Алха, сидевшего как ни в чем не бывало, запросто так, на краю его широченной кровати. Даже, кажется, немного улыбался, приветливо и дружелюбно.

Казалось, не хватало только «доброго утра» из его тонких уст.

–– Доброе утро, – спокойно и действительно приветливо сказал Алха.

–– И Вам того же… – растерянно ответил Бельский. Но выдержки хватило, чтобы не дрогнуть голосом или взволноваться. Пресловутая интуиция подсказывала, что всё происходящее – реальность, не выходящая за рамки нормы. И психика его в норме, и это необычное явление в его жизни – тоже норма. И разъяснится всё прямо сейчас.

–– Александр, мы не могли рисковать, дабы преждевременно не вывести вас из привычного равновесия.

Согласитесь, не всякий человек примет новую нестандартную действительность спокойно, а тем более жизнерадостно, как это сделали Вы. Стереотипы быстро не ломаются. Поэтому я приходил первое время только во сне.

–– Я привык ломать стереотипы других людей, значит, адаптирован и сам ко всяким стрессам.

Он натянул шорты, открыл окно, подняв жалюзи, сладко потянулся.