Гигабайты власти

Конечный результат – понимание того, «как это работает», зачастую сопровождаемое предложениями по улучшению работы. У властей же понимание «хакинга» сложилось совсем иное. Поскольку политическое руководство государств – народ занятой, то им некогда разбираться во всех этих терминологических тонкостях. Для этого есть эксперты и консультанты. Раз кругом говорят, что хакеры взламывают защиту компьютерных сетей, значит это дело экспертов из полиции и прочих правоохранительных органов. Логика же полиции свелась примерно к следующему умозаключению: раз хакерская публика мнит себя дюже умной и пишет всякие-разные программы, плодящие киберпреступность и лишающие корпорации доходов, то надо это дело запретить.

Причем на корню.

Впервые о подготовке закона стало известно в октябре 2000 года, когда был рассекречен весьма важный и любопытный документ, подготовленный под эгидой Совета Европы и носивший название «22-я версия Проекта договора о киберпреступлениях» (Draft Convention on Cybercrime, № 22 rev). Этот документ, подготовленный в условиях необычной для европейского сообщества секретности, был представлен как «первый международный договор, посвященный уголовному праву и процедурным аспектам разного рода преступного поведения, направленного против компьютерных систем, сетей и данных».

В 22-й версии проекта обнаружилось много чего интересного: и намерение заставить всех интернет-провайдеров хранить подробные отчеты о деятельности своих клиентов (нечто подобное уже реализовал у себя Китай, поскольку это крайне полезный инструмент в борьбе с инакомыслием); и намерение привлекать к уголовной ответственности за посягательство на копирайт (для множества европейский стран это весьма спорный с правовой точки зрения вопрос); и запрет на хакерскую деятельность вкупе с хакерским инструментарием, и ряд положений, игнорирующих презумпцию невиновности, а также побуждающих граждан к «самообвинению».

Достаточно подробный разбор весьма спорных юридических новшеств, предложенных в проекте и противоречащих европейской Конвенции о правах человека, был сделан в коллективном письме GILC (www. gilc.org (http://www.gilc.org/)), международной коалиции нескольких десятков правозащитных групп, на имя генерального секретаря Евросовета. По оценкам, сделанным в заявлении GILC, этот проект «противоречит прочно утвердившимся нормам защиты личности, подрывает разработку эффективных технологий сетевой безопасности и снижает подотчетность правительств в их правоохранительной деятельности».