Лидерство

Они уютнее чувствовали себя в неформальной атмосфере академических кругов, чем в запутанной системе секретных допусков, с помощью которой защищали себя (и страну) дипломаты, и потому иногда публично высказывали свои мысли, которые потом за границей принимали за мнение президента. Это осложняло диалог с зарубежными лидерами.]. Хотя он жил в Европе в период службы его отца послом в Великобритании (1937–1940 гг.) и приезжал туда студентом и сенатором, Кеннеди только после избрания президентом начинал заниматься вопросом о том, как развеять страхи побежденной Германии, одновременно занятой восстановлением Европы и защитой своей политической системы от советской угрозы.

Свою политику Кеннеди был вынужден строить в условиях роста советского ядерного арсенала. Советы впервые испытали ядерное оружие в 1949 году. К?моменту вступления в должность Эйзенхауэра в 1953 году они имели около 200 единиц ядерного оружия, а когда в 1961 году президентом стал Кеннеди, это число достигло 1500 единиц, и Советы приступили к созданию систем межконтинентальной доставки, что породило преждевременное беспокойство из-за так называемого «отставания по ракетам».

Опасения оказались преувеличенными, так как в начале 1960-х годов США все еще были в состоянии одержать победу, нанеся упреждающий удар.

Со своей стороны, Аденауэр продолжал считать Североатлантический союз залогом стратегического и политического будущего Германии. Однако альянс сотрясали внутренние разногласия по поводу как коллективных политических целей, так и коллективной военной стратегии.

В?предыдущей беседе Аденауэр уточнил, что разногласия насчет ядерной стратегии сводились к тому, может ли НАТО в случае угрозы агрессии против союзников полагаться на то, что США без долгих раздумий воспримет потребности альянса как свои собственные.

Кеннеди и его советники, в особенности министр обороны Роберт Макнамара, постарались успокоить смятение в умах с помощью доктрины гибкого реагирования, призванной ввести на случай войны несколько пороговых этапов с тем, чтобы у противников была возможность рассмотреть разные варианты реагирования, исключающие массированное возмездие.

Ядерное оружие обладало такой колоссальной разрушительной силой, что техническое обоснование этих гипотетических сценариев выглядело более убедительным аргументом, чем дипломатические усилия.

Министр обороны Германии Франц-Йозеф Штраус был ярым противником американской ядерной стратегии.